Как не сорваться в трудоголизм и получать больше Поделиться
Аналитики кадровых агентств в этом году один за другим заявляют: россиянам так понравилось много работать, что они массово ищут варианты второго и третьего заработка. Трудолюбие, наверное, перешло в стадию злостного трудоголизма. Шутки грустные, конечно, — очевидно, что подрабатывать вместо личной жизни и хобби россиян заставляет дорожающая жизнь. Но как это сделать оптимально и до какого рубежа можно себя нагружать без риска для здоровья? В этом разбирался «МК».
В 2023 году россияне искали вакансии с частичной занятостью (подработка) не реже, чем работу на полный рабочий день, — такими данными поделились эксперты одной из рекрутинговых служб. Так, по результатам недавно проведенного опроса, 33% россиян искали работу с частичной занятостью, причем большинство из них — женщины. Причем частичная занятость чаще всего интересовала людей в возрасте 55–64 лет: этот вариант выбрали 40% респондентов в этом возрасте. Чуть реже (38%) такой формат интересовал молодых людей в возрасте 18–24 лет.
На первый взгляд кажется, что все понятно, просто и логично: ну (пред)пенсионеры, ну студенты, ну женщины в декрете… — словом, категории, которым в самый раз интересоваться подработками, — все в порядке. Однако на самом деле все куда интереснее: подработки сегодня ищут практически все.
«В 1-м полугодии 2023 года общее число вакансий выросло на 175% в сравнении с тем же периодом прошлого года. В условиях повышенного спроса на рынке труда работодатели стремятся перераспределять трудовые ресурсы и оптимизировать рабочее время персонала для максимальной эффективности бизнеса. Ключом к этому становятся предложения о работе с частичной занятостью, доля которых постоянно растет. При этом такой формат работы может быть интересен россиянам, которые хотели бы подработать. По данным наших исследований, каждый второй россиянин подрабатывал за последний год», — комментирует эксперт в сфере найма Дмитрий Пучков.
Если забросить в социальную сеть на страницу с более-менее разнородной аудиторией — такой, чтобы не 30 однокурсников с одинаковыми стартами и карьерами, а поинтереснее, — простой вопрос: «Сколько денег вам нужно для комфортной жизни?» (и попросить вкратце объяснить), изучать результаты будет ужасно увлекательно. Потому что люди назовут цифры с огромным разбросом. Выяснится, что кому-то 300 тысяч на человека еле-еле хватает, а для кого-то и 50 — предел мечтаний. И главное, каждый аргументированно объяснит, почему ему нужно именно столько, перечислив все свои расходы — всех малолетних детей, пожилых родителей и неработающих жен в декретах, ипотеку и съемное жилье, расходы на бензин и на такси, платное образование и медицину, фитнес-клубы и путешествия…
Впрочем, это нормально — все люди разные, и потребности тоже разные. Интересно другое: почти каждый в такой дискуссии признается, что единственной зарплаты с единственного места работы ему не хватает — и приходится вертеться.
А я такой, а я упрямый
Самый простой сценарий — вертеться внутри своей профессии. Это путь, по которому идут многие фотографы, копирайтеры, журналисты, дизайнеры, консультанты и вообще все те, кого принято называть «креативным классом». Ролевая модель — Труффальдино из Бергамо, известный как слуга двух господ. Впрочем, господ может быть и существенно больше.
— Я понял, что мне не подходит полноценный наем с присутствием в офисе. Я хорошо представляю себе рынок труда и знаю, что специалист моей квалификации при полной занятости стоит максимум 90–100 тысяч рублей, — признается 35-летний специалист по рекламе Александр Толоков. — Если сравнивать с мифическими средними зарплатами в России, то это нормальные деньги, не спорю, но лично мне при моих расходах и образе жизни этого мало. Строго говоря, сегодня это всего лишь тысяча долларов! Немного. Зато я могу получать две такие зарплаты, работая на двух заказчиков одновременно. Вот такой вариант меня устраивает. Поэтому мой вариант — удаленка и самозанятость. Живу в таком ритме уже три года, доволен.
Профессионала, который выбрал для себя такой вариант, корректнее, может быть, называть фрилансером. Хотя значение этого слова сегодня так размыто, что лучше от него отказаться. Есть и другой вариант — сочетание «классической» работы в найме с дополнительными проектами за дополнительные же деньги. Люди, которые выбрали этот вариант, объясняют свое решение просто: фиксированная зарплата, пусть и небольшая, — это некая гарантия стабильности, которая выручит, даже если все заказчики вдруг «отвалятся». Плюс — в отделе кадров лежит трудовая книжка, для многих это все еще немаловажно.
Поэтому гордо увольняться из офиса и уходить в свободный полет на «безграничные» заработки — плохая идея, лучше совмещать (и в удачные месяцы «левые» доходы могут вдвое-втрое превышать официальную зарплату). А самое главное (и это справедливо, кстати, для всех подработок) — никто не заставляет вторую работу делать подобием первой. Помните, лучший отдых — это смена вида работы? Ну вот…
Устроены так люди
— Сразу после окончания университета я устроилась работать по специальности в банк. Финансистом. Жаловаться не на что, у меня хорошая зарплата, причем повышали мне ее регулярно. Три года назад я доросла до мысли, что пора бы взять ипотеку: мне удалось накопить «подушку безопасности», и доходы стабильные, — рассказывает свою историю 32-летняя Надежда Сергеева. — Все хорошо, я купила квартиру, начала выплачивать ипотеку и поняла, что на сохранение привычного уровня жизни мне уже не хватает. Знаете, как бывает? Зарплата вроде хорошая, но как только от нее отрезают ипотечный платеж, она перестает казаться хорошей. Конечно, можно было бы сократить расходы, но мне такой вариант не нравится. Начала думать: как я могу заработать больше? Сперва думала про новые проекты в банке, а потом решила взглянуть вообще в другую сторону: я увлекаюсь Таро. Нет-нет, не цыганка-гадалка, это скорее сродни психологии. В общем, начала предлагать платные консультации. Раскручивалась через соцсети, мне было интересно. И втянулась! Много не зарабатываю, конечно, но 25–30 тысяч в месяц получается. Как раз хватает на развлечения.
Монетизировать хобби — сценарий, который предлагают многие финансовые консультанты. Такое предложение обычно направлено на творческих людей — тех, кто любит шить, плести украшения из бисера или вот, например, разбираться с картами Таро.
Бывают и более экстравагантные решения, когда две профессии, будто бы не связанные между собой, наслаиваются одна на другую. Своей историей поделилась с «МК» 46-летняя Алена Фаризова, которая успела превратиться из парикмахера в доктора-онколога, но все равно продолжает подрабатывать парикмахером.
— Я выучилась на парикмахера в 17 лет, тогда у меня и других идей особо не было. Работала вполне хорошо, мне нравилось, хорошо зарабатывала — ну, насколько это возможно. Зато в 33 года поняла, что мне хочется двигаться дальше, — и я решила стать врачом. Все смеялись: мол, куда в твои годы, не валяй дурака! Но я поступила. На платное отделение, конечно, поэтому продолжала работать в парикмахерской вечерами, а днем училась. Так 6 лет и проучилась. Теперь работаю в больнице. Конечно, времени нужно очень много, и на учебу в меде тоже нужно было много. Но мне нужны деньги: у меня родители старенькие, далеко живут, я им помогаю и сына одна воспитываю. Поэтому один или два раза в месяц работаю в парикмахерской по-прежнему. У меня есть постоянные клиенты, некоторые ждут специально, когда ко мне можно будет записаться. Выхожу по субботам с 9 до 22 часов — удается примерно 30 тысяч заработать. Ну и что, что я теперь врач? Корона не падает, деньги нужны.
Нужно продаваться
Недостатки у модели «монетизирования хобби» тоже есть (мы пока не обсуждаем общую перегрузку — для этого настанет момент ниже; пока только о деловых вопросах). Многие из опрошенных «МК» людей, превративших свои увлечения в подработку, признаются: делать любимое дело, когда оно становится работой и обрастает отношениями «заказчик–подрядчик», оказалось намного труднее, чем заниматься тем же самым в качестве хобби.
— Я фотолюбитель с двадцатилетним стажем и когда-то думала, что фотография станет моим основным бизнесом, — рассказывает 40-летняя петербурженка Елизавета Чижова. — Узнала все про фотобанки, стоки, сделала себе сайт-визитку, благо по основной специальности я SMMщик и все это умею. Однако до сих пор художественная, портретная фотография, о которой я мечтала, серьезных денег не приносит — только как дополнение к рекламным проектам. Анализируя это, я понимаю, что фотограф, рассчитывающий на заработки, должен себя продавать, продвигать — и вот это мне никак не дается.
По словам собеседницы «МК», человеку, чтобы зарабатывать в творческих сферах, необходимо стать «ходячей рекламой самого себя» — в частности, активно присутствовать в социальных сетях, не стесняться везде рассказывать о себе и предлагать услуги. А самое важное — в наши дни фотография (за исключением нескольких десятков знаменитых фотографов, как правило, уже немолодых) — это однозначный рынок покупателя.
— Ненавижу розово-сопливые, извините, тона обычных свадебных и портретных фотосессий, но именно такие нравятся людям, — говорит фотограф. — Стоит предложить что-то нестандартное — люди не берут это. Хотя было бы раскрученное имя — наверное, взяли бы.
Впрочем, это проблемы творческой интеллигенции, практически богемы. У людей других специальностей и неприятности другие. Вот, например, в одном из районов Ярославской области успешно работает бригада строителей (умеющих все, от бетона до кровли), полностью укомплектованная офицерами местной пожарной части. Причина подработок — та же самая: на заработки регионального пожарного не разгуляешься, а люди выбрали оставаться на малой родине, рожать здесь детей и строить добротные дома. Стало быть, что умеешь делать — тем и подрабатывай.
— Начальство знает, конечно, — рассказывает Андрей, один из участников бригады. — Ну и что? Разговор у нас был давно и короткий: не нравится — мы едем в Москву, потому что денег тут нет. А им делать нечего, так что согласились. Единственное условие — что мы в форме на шабашку не ездим и себя не афишируем. Но все равно неофициально, конечно, все знают. Клиенты тоже: мы же им говорим, что сейчас не можем, у нас смена…
Подрабатывать Андрею и его коллегам позволяет график пожарного — сутки через сутки. Поскольку пожарные в сельской местности — это не «скорая помощь», пожары, к счастью, случаются не непрерывно… В рабочие сутки, дежуря, удается восстановить силы.
Когда пора попуститься
И все-таки есть порог, за которым подработки становятся опасны — особенно те, которые сходны с основной работой. «Воскресный синдром менеджера — слышали о таком? — рассуждает психолог Ана Брук. — Суть в том, что человек так привыкает к какой-то внешней занятости, что, когда оказывается наедине с собой, натыкается на ноогенную фрустрацию, то есть ощущает бессмысленность. Сталкивается с самим собой, а вместо смысла у него — ничто, после чего он засыпает себя еще кучей дел и занятости, чтобы больше такого не испытывать».
К такому людей стимулирует не только нехватка денег, но и общественно одобряемый трудоголизм — в психиатрических терминах это маниакальность. Не в смысле, конечно, Чикатило или Пичушкина, не к ночи будь помянуты, а в смысле противоположность депрессии.
— Чем больше человек проявляет себя восторженно, продуктивно-эффективно, тем более он считается успешным, — описывает Ана Брук. — Идеал — это тот самый человек, который работает 25 часов в сутки, а помимо этого «на спорте», и да, еще дети-отличники. Тогда как работать, как когда-то было верно сказано, нужно не 25 часов в сутки, а головой. Засыпая себя дополнительной занятостью, человек увеличивает количество своей работы, вместо того чтобы попытаться продать себя на рынке дороже, не тратя на труд безумные часы.
Однако легко сказать «продать себя дороже»: реорганизоваться для этого, признает психолог, действительно непросто и требует больших усилий. А также несет в себе риски и потому страшно. Вот только — практически неизбежно…
— «Засада» в том, что консервативный подход — «я буду делать то, что умею, но больше» — не срабатывает, — говорит Ана Брук. — Денег все равно не хватает, человек начинает делать еще больше. Пренебрегая отдыхом, своими занятиями, активным образом жизни. За счет перегрузки у человека в итоге «висят» все остальные контексты — личная жизнь, дружба, спорт, — а дальше и сама работа начинает вызывать утомление, потому что ее слишком много. Выгорание неизбежно. Если эта деятельность еще и нелюбимая, то «приплыли». Дальше начинаются психосоматические реакции — и человек работать физически не может. Он приходит к вынужденной смене своего графика, а может, и вида деятельности. Бывает, что после болезни он не может и не хочет возвращаться.
Риски в переменах, конечно, есть, но они подконтрольны, говорит психолог. Но это более осмысленно. В первую очередь нужно понять, где предел «заваливания» работой. «Когда у человека перестает хватать ресурса на хобби и поддержание физического состояния — все занято работой, — это нехороший симптом», — утверждает собеседница «МК».
Бесполезно, считает эксперт, пытаться «прокачать» свой организм с целью, как Наполеон, спать по 4 часа в сутки — это вряд ли получится, да и для здоровья довольно опасно. Зато можно четко определить минимальный доход для выживания (на некоторое время) — и им ограничиться, стараясь восстановить силы и перепланировать будущее.
— Делаем план, что можно качественно изменить, — советует Ана Брук. — Например, человек работает сдельно и боится поднять цены — а совершенно зря, вполне возможно, что его «купят» и гораздо дороже. Но чтобы попробовать, надо пойти на некоторый риск. Когда у тебя есть хоть немного свободного времени, ты можешь беспристрастно собрать информацию, найти время, чтобы остановиться и подумать. Но для этого, повторим, нужно время и ресурсы. А когда у тебя внутренняя паника — тебе трудно это время найти, проще накинуть себе еще работы. Трудно — но необходимо.
Такой подход выглядит контринтуитивно, но имеет большие шансы сработать, утверждает психолог. Если конкретного человека может «остановить» фаталистический подход — мол, Господь все управит, как-нибудь да проживем, — он также вполне может применяться. Главное — избавиться от гиперконтроля, притворяющегося рациональностью.
…Вот только когда на одной стороне весов — мнение психологов (да и философов тоже, и духовных авторитетов), а на другой — ипотека или аренда квартиры, необходимость обеспечить детям отдых на море (а то какой же ты после этого отец или мать) и прочие грубые, но зримые материи, — психологам и иже с ними в этом споре приходится трудно. А внутреннему голосу, который советует: просто возьми еще работы на дом, — намного легче. И, значит, тех, кто загоняет себя трудоголизмом, вряд ли в перспективе будет меньше.