Экономист Никита Масленников считает, что погашение валютных долгов национальной валютой «будет восприниматься как дефолт» Поделиться
Президент подписал указ, разрешающий российским компаниям отдавать долги своим зарубежным кредиторам из недружественных стран в рублях — по официальному курсу ЦБ, установленному на 1-е число каждого месяца. О возможных последствиях этого решения мы беседуем с экономистом, ведущим экспертом Центра политических технологий Никитой Масленниковым.
— Никита Иванович, это чисто политический жест, или в нем имеется какой-то экономический смысл?
— Экономический смысл, конечно, есть. Если вы выплачиваете внешний долг в рублях, то вы экономите валюту, которая необходима для других целей. В условиях, когда часть наших международных резервов находится в замороженном состоянии, это вполне адекватная мера. Это ответ на санкции. Санкции беспрецедентные, ну и ответ, естественно, такой же. Какие проблемы-то? Тем более что согласно нашей Конституции, наше право теперь имеет приоритет по отношению к международной практике. Кроме того, это решение может послужить дополнительной мотивацией для иностранных компаний, работающих на российском рынке, — повременить с уходом из России, полным сворачиванием бизнеса.
— Некоторые эксперты считают, что это, по сути, форма дефолта. Обязательства ведь зафиксированы в иностранной валюте, и погашение долга рублями может быть воспринято как отказ от исполнения обязательств.
— Да ради бога! Пусть думают, что хотят. Это ваши проблемы, как вы будете это воспринимать. Потому что не мы все это начинали. Я имею в виду — санкции. Да, судя по практике, скорее всего это будет восприниматься как дефолт. Но у нас и так уже кредитные рейтинги понижены на несколько ступеней. Мы находимся не на инвестиционном уровне, а на мусорном.
— Как это может отразится на нашем валютном рынке?
— Ну, естественно, отрицательно. Это будет дополнительный фактор, который будет снижать курс рубля. Но с другой стороны, любые сдвиги в геополитической повестке в сторону приближения к урегулированию (украинского кризиса. — «МК») будут толкать его вверх. Здесь композиция факторов очень неустойчивая, очень лабильная. Валютный рынок сейчас, естественно, перегрет, это не тот индикатор, на который стоит смотреть. Экономические факторы курсообразования сейчас просто не работают. Пока мы даже не представляем себе реальные котировки, поскольку биржи закрыты. Давайте дождемся 9 числа. Хотя совершенно не очевидно, что и 9-го возобновятся торги.
— Есть мнение, что следующим шагом может стать торговля за рубли нашими энергоносителями. Как считаете — реальный вариант?
— Смотря с кем торговать. Скажем, у нас с Китаем торговля идет, в основном, за евро. Все, в принципе, возможно. Торговать можно и в рублях, и в любых других валютах, которые устраивают контрагентов сделки. Но пока это гипотетический сценарий. Сказать, насколько он реален, сложно. Для этого нужна большая определенность. Сегодня все находится в подвешенном состоянии. На рынке, грубо говоря, не понимают, что будет завтра.
— Причем завтра — в буквальном смысле.
— Да, в буквальном смысле.