«Пострадают самые уязвимые слои населения» Поделиться
Счетная палата озвучила сумму госдолга российских регионов, которая на начало 2022 года составила 2,5 трлн рублей. Ситуация не выглядит критической, однако не может не настораживать. Главный, хорошо осознаваемый Минфином риск связан с растущим кассовым разрывом: с одной стороны, доходная часть местных бюджетов неуклонно сжимается, но при этом регионам требуется все больше денег – на социальную политику, на инфраструктурные проекты, на оплату траншей от федерального центра.
По сравнению с показателем 2017 года объем госдолга территорий увеличился на 5,2%. Основная доля заимствований пришлась на 2020 год, говорится в материалах Счетной палаты по результатам проверки использования государственных кредитов, предоставленных субъектам РФ в 2017-2021 годах, на примере семи регионов. Как рассказал аудитор Счетной палаты Алексей Саватюгин, «наибольшее увеличение долга отмечено в Санкт-Петербурге – в 6,2 раза, Московской и Свердловской областях – соответственно в 2,7 раза и на 37,8%». По данным ведомства, проверенные регионы получили из федеральной казны кредиты в объеме более 896 млрд рублей. В ходе проверки выяснилось, что деньги шли в основном на погашение долговых обязательств (более 50%) и оплату текущих расходов (47%). Грубо говоря, на затыкание дыр. На инвестиционные цели расходовались сущие крохи.
Среди недостатков Счетная палата отметила практику привлечения рыночных (банковских) заимствований при наличии существенных остатков на счетах местных бюджетов. По оценке ведомства, регионы проводят экономически необоснованные операции, пользуясь пробелами в законодательстве: «нормативные правовые акты не содержат ограничений на получение кредита в зависимости от остатка средств и предстоящих расходов регионального бюджета». Счетная палата предлагает ужесточить порядок выдачи бюджетных займов. В частности, по ее мнению, следует обязать субъекты предоставлять Минфину полную информацию о долговых обязательствах, с указанием объема задолженности и графика погашения.
«Ситуация сегодня такова, что территориям требуется все больше денег – на социальную политику, на различные проекты, на оплату предыдущих траншей и многое другое, — рассуждает руководитель аналитического департамента AMarkets Артем Деев. – Кстати, то же самое происходит и с физическими лицами: набравшие кредитов люди столкнулись с падением доходов на фоне высокой инфляции. Их долговая нагрузка выросла: чтобы расплачиваться с банками, они вынуждены расставаться с более весомой долей своих доходов, чем раньше».
Повсеместно сокращается доходная часть бюджетов, за исключением разве что сырьевых территорий, которые много продают за границу нефти, газа, угля, металлов. Главная же опасность происходящего, по словам Деева, в том, что регионы могут объявить дефолт, то есть, признаются в неспособности расплатиться с государством по своим долгам. В свою очередь, это чревато каскадным эффектом: дефолты будут следовать один за другим. Объем имеющихся у субъектов бюджетных средств будет сжиматься, а масса долговых обязательств – расти. Придется урезать расходы, во многом связанные с социальными статьями, с различными выплатами и пособиями. В итоге пострадают самые уязвимые слои населения.
«Основным риском является структура долга: регионам, некогда нахватавшим коммерческих кредитов, приходится сегодня тяжелее, нежели тем, кто предпочел ограничиться государственными заимствованиями, — говорит ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. – Эту проблему Минфин видел еще с середины прошлого десятилетия, добиваясь от субъектов РФ, чтобы они сокращали долю банковских займов и при необходимости наращивали долю бюджетных. Для этого ведомство Силуанова задействовало дополнительные стимулы, например, возможность реструктуризации долга и сверхнизкие (до 0,1%) процентные ставки. Сегодня ситуация выглядит лучше, чем в 2017-2019 годах, когда профицитный бюджет имели не больше десятка регионов. Все остальные ничего не могли поделать с зияющей дырой в своих финансах».