Эксперты рассказали, как изменится налоговое бремя для среднего класса Поделиться
Прогрессивная шкала налогообложения может начать действовать уже с 2025 года. Об этом сообщили в государственной думе. В настоящее время правительство и парламентарии ищут оптимальную формулу налоговой справедливости, к которой их призывал в своем Послании президент Путин. Конкретные параметры будущей налоговой шкалы еще не обнародованы, есть только определенные слухи и «утечки» на этот счет. В отсутствие официальной информации, «МК» решил выяснить мнение экспертов о том, стоит ли и как именно менять фискальную нагрузку в стране. В организованном нами Круглом столе приняли участие доктора экономических наук: главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев, профессор Финансового университета при Правительстве РФ Александр Сафонов, директор Института социально-экономических исследований Финуниверситета Алексей Зубец.
«Денег просто не хватает»
—До 2001 года в России уже действовала прогрессивная шкала налогообложения. Тогда в зависимости от уровня годовых доходов ставка увеличивалась от 12 до 30%. Потом власти уравняли показатели для всего населения до 13%. В 2021 году в стране ввели новую ставку — 15% для доходов граждан, которые зарабатывают более 5 млн рублей в год. Перед президентскими выборами в своем послании Федеральному Собранию Владимир Путин пообещал россиянам сделать распределение налогового бремени более справедливым. Что значит «справедливое налогообложение»?
Николаев: Богатые должны платить больше. Думаю, так надо интерпретировать тезис президента. Другое дело, насколько это получится.
—Между тем, в 2018 году президент Путин говорил, что введение полноценной прогрессивной шкалы НДФЛ не даст результата, доходы начнут скрывать. Почему тема справедливого налогообложения в виде прогрессивного налога стала опять актуальной?
Сафонов: Дело в том, что на сегодняшний день в России объявлены новые масштабные стратегические проекты, в частности, в сфере развития человеческого капитала, которые стоят очень дорого. По разным оценкам они исчисляются триллионами рублей. Той налогооблагаемой базы, которая сейчас у властей и структурно, и физически имеется, не хватит, чтобы их финансировать. Государство и в предыдущие годы уже забирались в свою резервную «кубышку» — Фонд национального благосостояния — для того, чтобы покрыть бюджетный дефицит в силу ограничений, которые возникли в результате санкций. Одним из способов покрытия этого дефицита является введение прогрессивной шкалы налогообложения на граждан. Другого источника правительство пока не предлагает. Поэтому основная причина введения прогрессивной шкалы — это потенциально возрастающие расходы на реализацию тех проектов, которые объявил президент в своем послании Совету Федерации, а также нехватка текущих доходов в той структуре налогов, которая сегодня есть в распоряжении правительства.
Зубец: Денег просто не хватает. В бюджете дыра, ее надо как-то затыкать. Есть два пути. Первый, это повысить налоги на бизнес и на население, т.е. подоходный налог. Второй вариант — заниматься выпуском ценных бумаг и за счет этого финансировать бюджет, то есть идти по пути наращивания заимствований, по которому идут западные страны, у которых долг составляет 80-90% ВВП. Другое обоснование связано с тем, что не хватает денег на развитие и один из вариантов решения этой проблемы — повысить налоги. Но это экономическая часть проблемы. Вторая часть — политическая, потому что это был пас перед выборами в сторону небогатых россиян, которые считают, что богатых надо заставить платить больше. При том лично я не понимаю, что такое справедливая система налогообложения. 13% с тысячи рублей это 130 рублей, а со 100 тысяч это 13 тысяч. Богатые в любом случае платят больше, чем бедные. Но у основной массы населения, которая не слишком богата, возникает какой-то пролетарский инстинкт: мол, надо бы богатых еще пощипать. В определенной степени у инициативы прогрессивной шкалы налогообложения есть и такая, немножко популистская составляющая, которая, к сожалению, может привести к негативным последствиям.
«Это очень опасная история»
— Судя по всему, сейчас в недрах правительства и Госдумы рассматриваются разные варианты прогрессивной шкалы и до согласованного варианта пока далеко. Между тем, один из самых резонансных вариантов из тех, что были озвучены неофициально — увеличить ставку НДФЛ до 15% для лиц с доходом от 1 млн рублей в год. Если он будет принят, то получится, что больше сегодняшнего уровня придется платить людям с зарплатой в 83 тыс. в месяц. Вряд ли граждан с такими доходами в России можно отнести к «сверхбогатым». Такой вариант следует считать справедливым?
Николаев: Как говорят, «дьявол в деталях». Суть новой шкалы, действительно, не в названии, а в деталях. Какие будут ставки? Какие шкалы? Какие проценты? Сейчас все разговоры совершенно справедливо крутятся вокруг этих ключевых цифр. Давайте прикинем, что будет, если порог, с которого будет взиматься уже повышенный, 15-процентный налог, установят на отметке 1 млн рублей в месяц. Средняя зарплата в 2023 году по стране была 73 тыс. 709 рублей. Это при том, что в номинале зарплаты выросли более чем на 14%. Если такой рост сохранится, то она будет больше 84 тысяч рублей уже в этом году. Это не значит, что большинство людей автоматически попадут под новый НДФЛ. Далеко не все и среднюю зарплату получают. Есть еще одна цифра. В Москве по итогам прошлого года средняя зарплата составила больше 136 тыс. рублей. Я, конечно, понимаю, многие удивятся: откуда такая средняя зарплата? Многие получают меньше. Но это статистика. Отсюда вывод, что если порог в 1 млн будет принят, то под увеличенный налог попадает значительное число граждан: думаю, 20-30 млн человек. Надеюсь, что названные вами цифры еще будут корректироваться в процессе обдумывания и обсуждения, и решение будет все-таки другим.
Сафонов: Такое решение, если оно будет принято, затрагивает средний класс, а это и высококвалифицированные рабочие, и специалисты, которые осуществляют технологическое развитие нашей страны. Ну и, безусловно, это те лица, которые осуществляют управление всеми процессами, относятся к менеджменту. Так почему надо принимать именно эту точку отсечения? Возможно, потому, что это 2/3 фонда оплаты труда, на которые можно распространить повышенную ставку НДФЛ и, соответственно, получить реальный доход для бюджета. На мой взгляд, это очень опасная история. И какой-то странный подход присутствует в этой логике: почему, например, сверхдоходы вообще не выделяются в какую-то отдельную строчку? Да, были разговоры по поводу того, что богатеи, испугавшись повышенного налогообложения, могут куда-то убежать, но в связи с введением санкций вариантов для вывода доходов у них становится все меньше. Надо думать о сохранении стабильности среднего класса, который обеспечивает развитие страны и не понижать его уровень доходов. В противном случае люди, которые из себя что-то представляют с точки зрения интеллектуальных возможностей, могут перенести свои активы в другое место, где комфортный деловой климат для их персонального развития.
—Не приведет ли поднятие ставки налогообложения к возвращению зарплат в конвертах, как это было распространено до 2001 года, а также падению собираемости налогов и росту теневого сектора?
Сафонов: Начнем с того, что бизнес никогда от такого механизма не отказывался, и если была возможность безболезненно и безнаказанно осуществлять безналичный расчет с персоналом, он это делал. Взять, к примеру, режим самозанятости. В 2018 году у нас в стране официально насчитывалось 800 тысяч самозанятых. В 2023-м самозанятость выросла до 8,5 млн человек. Минфин уже озвучил, что теряет на этом формате 1,5 трлн рублей в год. Что будет происходить дальше? Во-первых, никто не отменял «добровольный» переход в самозанятые. Переводили, переводят и будут переводить – ради экономии на налогах. Но к этому добавятся еще и другие форматы гражданско-правовых отношений. Как говорится, «голь на выдумку хитра». Взять, к примеру, зарплатную наличку. Она по-прежнему существует, несмотря на то, что с ней борется Центральный банк.
Зубец: На сегодняшний день в России есть целый ряд вариантов занятости, предполагающий более низкий уровень оплаты труда. Например, можно перейти из полноценных сотрудников в самозанятые. Мы понимаем, что это будет воспринято налоговой службой как форма ухода от уплаты налогов, но, тем не менее, такие варианты возможны. И это одна из головных болей Минфина: предприятия при повышении фискального бремени будут переводить сотрудников в самозанятые. Второй вариант ухода от налогов — берется какое-то подразделение компании и оформляется как ООО на упрощенке, где нет социальных налогов и где можно сэкономить. Совершенно очевидно, что если налоги будут повышаться, количество людей, которых будут записывать в самозанятые, будет увеличиваться. А вот если говорить о будущем других социальных выплат, то их форматы не изменятся. То есть, уйти с помощью этих вычетов от повышенных налогов, скорее всего, не получится. И останутся те варианты, о которых я говорил: самозанятость и ООО на упрощенке. У меня ощущение, что пока Минфин реально не знает, что с ними делать.
— Если все больше людей начнут пытаться сохранить свои доходы и начнется массовый переход более состоятельных граждан в самозанятые, это ведь приведет к росту потерь бюджета вместо ожидаемого повышения доходов?
Зубец: Да, такой риск существует. Более того, это вполне вероятный сценарий. Давайте вспомним времена, когда в России была прогрессивная шкала. Так вот, сразу после ее отмены собираемость налогов увеличилась на десятки процентов. То есть, количество денег, которые люди прятали, было колоссальным. В результате снижения ставки НДФЛ до 13%, эти деньги оказались в видимой зоне, что привело к росту сбора налогов. Сейчас может произойти прямо противоположная история. Мы уже говорили о том, что прогрессивная шкала налогообложения — это во-многом популистская история, потому что более 80% населения страны хотят, чтобы богатые платили больше. Но при этом основная масса населения страны не понимает, что в результате этого богатые будут платить меньше. Потому что помимо тех методов ухода от налогообложения, которые мы уже называли, есть и другие, известные бизнесу. С моей точки зрения, правительство напрасно поддалось популистскому давлению той части населения, которые вспомнили пролетарский лозунг «Грабь награбленное». Эти люди забыли, что богатые, как правило, работают больше, них меньше свободного времени, они долго учились, чтобы заработать свои состояния. Они почему-то считают, что деньги падают с неба, и вот кому-то повезло подставить шляпу в нужное место. Считаю, что этот популизм, к сожалению, будет негативно воздействовать на нашу экономику.
«Никаких налогов для малоимущих не должно быть»
—Мы уже поговорили о среднем классе, о богатых – давайте поговорим и о бедных. Некоторые эксперты считают, что стоит понизить или вовсе обнулить налог для малообеспеченных слоев населения. Как вы относитесь к такому предложению?
Николаев: Лично я к такому предложению отношусь очень хорошо. Это справедливо. На самом деле прогрессивная шкала налогообложения тогда получается логичной и завершенной, когда мы не только увеличиваем налоги для тех, кто получает больше, скажем, 1 миллиона в месяц или 5 миллионов в год, но снижаем для тех, кто совсем мало получает, ниже прожиточного минимума. Сейчас он у нас около 20 тысяч рублей. Значит, никаких налогов для таких людей не должно быть, иначе их доход автоматом уходит ниже прожиточного минимума.
Сафонов: Кстати, я бы обратил внимание на то обстоятельство, что власти пока не говорят ни слова о налоговом будущем тех граждан, которые получают доходы на уровне прожиточного минимума. Возникает вопрос: почему в этом случае не рассматриваются как мера поддержки населения для этих малообеспеченных групп полный отказ от НДФЛ? У Минфина всегда была масса объяснений на этот счет. Думали, что это каким-то образом подорвет развитие регионов, потому что они не соберут достаточные налоги. Но это странно: с овцы, у которой очень мало шерсти, пытаться еще что-то срезать.
—А перспектива такая реальна?
Николаев: А вот здесь у меня есть сомнение. Действительно, возникают вопросы: если мы освободим часть населения, даже самую малоимущую, от уплаты подоходного налога, что же будет с наполняемостью региональных бюджетов и так далее, и тому подобное. Боюсь, что такие аргументы мы снова сможем услышать.
Сафонов: Если в России будет расти инфляция и начнут повышать налоги, но при этом не будет расти заработная плата, то население будет вынуждено экономить. Мы с такой моделью неоднократно сталкивались в период кризисов, поэтому, безусловно, надо понимать, что это не просто изменение каких-то абстрактных макроэкономических показателей, а серьезнейший удар по экономике. Это означает, что темпы экономического роста не только не будут увеличиваться, но и стране будет грозить впадение в рецессию.
—Вопрос от нашего читателя. Если человек недавно получил повышение зарплаты до 85 тыс. рублей, теоретически, он, при принятии новой шкалы, может попасть под сегмент, с которого будут снимать 15%. Что делать в такой ситуации: просить не повышать зарплату?
Зубец: Есть несколько вариантов. В зависимости от того, где вы работаете, различается специфика ухода от налогообложения. Если мы говорим о крупных компаниях или госслужбе, там без вариантов: платить будут все и полностью. Если малый и средний бизнес, и вы хотите получить какие-то надбавки — то попросите, например, на сумму прибавки увеличить вам медицинскую страховку на семью, или выплатить размер прибавки бонусами. Такие варианты тоже имеют место и они вполне законны. Но, еще раз хочу сказать, скорее всего, этого порога в миллион за год не будет. Вот десять миллионов — это звучит более-менее адекватно. И тогда вся эта фискальная история приобретает какие-то разумные смыслы.