США не смогут в дальнейшем финансировать свое развитие за счет всего остального мира Поделиться
Введение ценового потолка на российскую нефть, продолжающиеся аресты активов России за рубежом, персональные санкции против бизнесменов и политиков — часть войны Запада против нашей страны и наших граждан. Запад не может не воевать: агрессия является базовым элементом его существования. Однако все эти старания, как бы монументально они ни выглядели, уже не имеют никакого значения. Мы успешно решим все задачи в рамках СВО, и экономическую войну мы тоже не проиграем.
Навязанный нам Западом братоубийственный конфликт на Украине, безусловно, самое тяжкое испытание для нашей страны со времен распада Советского Союза. По сути это продолжение агрессии «сил зла» против нашей цивилизации, которая не прекращалась ни на минуту с момента окончания Второй мировой войны. Сражения в настоящее время дополняются активными боевыми действиями коллективного Запада на экономическом фронте. Несмотря на беспрецедентный уровень санкций и беззакония в отношении нашей страны, здесь тоже, по сути, нет ничего нового. Мы никогда не жили в мире «без санкций»: ни во времена СССР, ни при Горбачеве, ни при Ельцине. Напомню, что даже Всемирная торговая организация (ВТО) — прямой наследник и правопреемник ГАТТ, Генерального соглашения по тарифам и торговле, организации, призванной не содействовать мировой торговле, а осуществлять противодействие проникновению в СССР передовых технологий и оборудования.
И здесь хочется сказать только одно: несмотря ни на что, Запад свою экономическую игру уже проиграл. Коротко расскажу, почему я так уверен в нашей неминуемой победе, признаки которой уже, что называется, налицо.
Первый аспект: изменение центра экономической активности, неминуемый его сдвиг на юг и восток — в центр евразийского континента. Действительно, основная часть производства в глобальной экономике осуществляется уже не в евроатлантической зоне, а в бурно развивающихся экономиках Евразии — в Китае, Индии, России, Индонезии, в «азиатских тиграх» и др. В этом смысле «Большая семерка» уже давно не «семерка» самых развитых индустриальных держав мира. Это скорее «клуб промышленных генералов в отставке», что очень хорошо видно, например, на фоне объединения БРИКС+, в которую входят действительно динамично развивающиеся державы мира.
Известно, что мировые аналитические исследовательские центры ежегодно фиксируют глобальный центр тяжести мировой экономики, который рассчитывается, исходя из данных об интенсивности мировой торговли по всем странам и континентам. Так вот этот самый центр тяжести с 2001 года уверенно совершил разворот на восток и к 2030 году прочно зафиксируется в треугольнике Китай — Индия — Пакистан, к которому практически примыкает и наш Евразийский экономический союз (ЕАЭС).
По большому счету сейчас с нами ведет войну глобальное меньшинство, которое, как и все меньшинства, имеет громадное самомнение, амбиции, наглость и высокомерие. Это меньшинство уже давным-давно представляет только свои иллюзии и фантазии, но продолжает делать вид, что управляет миром. И нужно отдать должное, часто эта игра данным меньшинствам удается. Но прогресс, как известно, неумолим. Экономический локомотив уже давно ушел из «западного депо» и в ближайшее столетие вряд ли в него вернется.
Второй аспект: шестой технологический уклад, который уже точно является реальностью. Коротко напомню, что это не только робототехника и автономные технические устройства (те же беспилотники), но и «большие данные», искусственный интеллект, блокчейн, а также возобновляемая энергетика (включая термоядерную), биотехнологии, интенсивное сельское хозяйство и многое другое, что обеспечивает не только опережающее экономическое развитие, но и качество жизни. Переход к данному укладу в экономике так или иначе связан со смещением экономической активности в новые экономические центры, о чем я уже говорил выше. Уже сейчас по уровню цифровизации экономики мы обгоняем все без исключения страны Европы и конкурируем только с технологическими гигантами Азии. Технологический суверенитет в этой части мы в состоянии достичь в обозримой перспективе, а в ближайшем будущем можем быть одним из законодателей моды в глобальном технологическом развитии. Все это говорит нам о том, что отключить нас от мировой экономики, как и от мировой финансовой системы технологически невозможно.
Так получилось, что в лихие девяностые мы не только перестали развивать собственное машиностроение, но и фактически его уничтожили. Последствия данных разрушительных действий и недальновидных поступков мы наблюдаем прямо сейчас, когда у нас нет достаточного числа не только собственных самолетов и кораблей, но и станков, промышленных кранов и экскаваторов, иного технологического оборудования. Решаема ли данная проблема? Конечно, решаема! И СВО, а также западные санкции очень четко способствуют интенсификации разрешения данных противоречий. Мы уже сейчас выпускаем значительно больше ледоколов и танкеров по сравнению с сытыми нулевыми, и иного пути, кроме импортонезависимости в машиностроении, у нас просто не существует, и шестой технологический уклад так или иначе заставит нас выйти на новый виток индустриального развития в этой части.
Третий аспект: первичность традиционных материальных активов над финансовыми инструментами. Как это ни парадоксально звучит, но сегодня земля, здания, сооружения, оборудование, машины и даже драгоценные камни или металлы ценнее любых, даже кажущихся на первый взгляд ликвидными, финансовых активов и инструментов. Еще вчера казалось, что «идеальное» окончательно победило «материальное», что софт важнее харда, а железо, бетон и пластик это что-то старомодное и неинтересное, а современное, красивое и перспективное — это финансовые услуги, транзакции и деривативы. Жизнь показала, что всегда в цене не только московская недвижимость, но и любой материально-технический объект, который приносит пользу людям. Сокрушительный удар по новым финансовым активам нанесли финансовые кризисы нулевых, к ним присоединилась пандемия коронавируса, а современный период турбулентности вновь напомнил миру о том, что заблокировать финансовые резервы значительно проще, чем вывести оборудование или перенести производство в другую часть мира. Наращивание собственной инфраструктуры сейчас самый надежный инструмент защиты национальной экономики. И в этой части нам бояться нечего. Мы в состоянии построить у себя в стране все необходимое: для этого есть и финансовые ресурсы, и компетенции, и необходимые материалы, и энергетика. Есть ли все это в том же Европейском союзе? Ответ неочевиден…
И с данным обстоятельством связан четвертый аспект — особая ценность в современных геополитических и геоэкономических условиях продовольствия, воды, источников энергии. Данные ресурсы становятся стратегически значимыми, что может реально привести к их дефициту и невозможности приобрести на открытых рынках. Готов ли Запад к такому развитию событий? Очевидно, что нет. При этом в России все эти ресурсы в избытке, и Россия готова делиться ими со своими друзьями и союзниками. В этой части гуманистическая позиция нашей страны относительно гарантии поставок продовольствия и удобрения в наиболее нуждающиеся страны точно будет оценена, например, на Африканском континенте. Уверенность Запада в том, что за доллары и евро можно приобрести всё (ну или почти всё), сегодня подвергнута серьезным испытаниям.
Здесь впору назвать пятый аспект: размывание понятия «резервная валюта», фактическая утрата данного статуса долларом и евро и реальная трансформация данных финансовых инструментов в режим токсичности. На протяжении столетий, с момента Великих географических открытий, всегда существовали резервные валюты — португальские реалы, испанские эскудо, нидерландские гульдены, французские ливры, британские фунты, наконец, доллары и евро. Но сейчас мир радикальным образом изменился. Он переходит от мира однополярности даже не к многополярности, а к полицентричности. Принципиальное отличие последнего состоит в том, что мир больше не нуждается в экономических, политических или культурных полюсах. Центров в мире теперь множество. На их роль претендуют самые разные державы и межгосударственные союзы. Кто бы мог подумать лет 20 назад, что чемпионат мира по футболу пройдет в Катаре, мировым монополистом по производству чипов будет Тайвань, а Африканский союз будет всерьез говорить о необходимости предоставления Африке двух мест в Совете Безопасности ООН? Весь этот меняющийся мир в своих финансовых отношениях уже давно не хочет зависеть от некоего «мирового резервного эмитента», и переход на взаиморасчеты в национальных валютах — это уже реальность сегодняшнего дня. Зачем покупать доллары, если можно рассчитаться в юанях, рупиях, реалах или рублях? Этот процесс необратим. А чем это чревато для того же коллективного Запада? Следствием данных событий является то, что те же Соединенные Штаты не смогут в дальнейшем финансировать свое экономическое развитие за счет всего остального мира. Принцип «не важно, сколько мы напечатаем долларов, их все равно купят» уже не актуален, а значит, один из любимых методов американских экономистов по борьбе с кризисами, метод количественного смягчения, уже в скором будущем просто-напросто перестанет работать. Наверное, наши американские «друзья» что-то придумают, но это, как говорится, уже не наши проблемы.
Возможностей для победы над Россией у коллективного Запада почти не остается. Конечно, далеко не всё так гладко и однозначно. И попытки навязать нам свою волю будут предприниматься неоднократно. Как нам быть в этой ситуации? А здесь как раз ответ совершенно очевиден: надо быть самими собой, решать свои задачи и гнуть свою линию. Получится? Уверен, что да.