Мнение Проснувшийся Джо Война на Украине оказалась не нужна и Америке Сергей Строкань
Большая война на востоке Украины, которую, запасаясь попкорном, весь год ждали диванные ура-патриоты в Киеве, отменяется. Это главный вывод, который с большой долей вероятности можно сделать по итогам переговоров президентов США и России Джо Байдена и Владимира Путина и последовавших за ними дальнейших шагов обеих сторон, демонстрирующих обоюдную заинтересованность начать отходить от края пропасти, а не балансировать на краю, рискуя в любой момент в неё сорваться.
Накануне саммита так много говорили про то, что он не может принести никаких прорывов и сенсаций. Однако разве не сенсация уже то, что проект силового сценария — маленькой победоносной войны Киева против непризнанных республик Донбасса, после разговора лидеров США и России фактически сдулся, причём стремительно, в течение одного дня.
Конечно, можно продолжать рассуждать о том, что ситуация на Востоке Украины по-прежнему непредсказуема, и украинские радикалы всё равно не оставят ДНР и ЛНР в покое, в связи с чем большую войну нельзя исключать. Многие ещё любят приводить сравнение с висящим на стене ружьём, которое, как известно из русской классики, должно рано или поздно выстрелить.
И всё же против полномасштабного вооружённого конфликта в центре Европы, чреватого непредсказуемыми последствиями, как показал второй в этом году российско-американский саммит, выступает не только Россия.
Эта война не нужна и Америке Джо Байдена.
И вовсе не из-за какого-то его желания поспособствовать долгосрочному политическому урегулированию украинского кризиса. Скорее всего, сама по себе судьба непризнанных республик Донбасса Джо Байдену, погружённому в свои внутренние проблемы и стратегическое противостояние с Китаем, глубоко безразлична. Не факт, что Байден будет вообще способен показать на карте, где находятся ДНР и ЛНР.
Но при этом он явно не хочет такого развития ситуации, когда одержимый идеей военного реванша Киев рискнёт пойти в наступление и тем самым поставит Россию перед необходимостью встать на защиту непризнанных республик.
Худший сценарий для Джо Байдена — попасть в ситуацию, когда Украина, имеющая официальный статус одного из 16 основных союзников США вне НАТО, перед угрозой неизбежного военного поражения будет отчаянно взывать к нему: «Сделайте что-нибудь!» Но делать что-нибудь по-крупному — идти на лобовое столкновение с Москвой ради Украины — Джо Байден не готов.
Неспособность прийти на выручку союзнику ещё больше обрушит рейтинг Байдена, заставит его многочисленных критиков говорить о нём как о слабаке, особенно после унижения в Афганистане, когда США не смогли спасти верный им режим президента Гани.
Конечно, любая гипотетическая военная операция России на территории Украины неизбежно привела бы к введению новых, на порядок более серьёзных санкций, способных нанести сильнейший удар по российской экономике. Об этом и сам Джо Байден, и его окружение уже после саммита говорили не раз и не два. Но эта новость вряд ли может утешить Киев, учитывая, что для него самого цена вопроса будет ещё выше — угроза распада самого украинского государства, которое перестанет существовать в его нынешних границах и может потерять не только Донбасс.
В комментариях американской стороны чётко проходит мысль о том, что под «решительным ответом» США и Запада на предполагаемые военные действия России на Украине необходимо принимать экономические, но не военные меры.
То есть, проще говоря, если президент Зеленский вдруг всё же решится воевать с ДНР и ЛНР и не бросающей их Россией, то в таком случае он должен будет рассчитывать исключительно на себя. США и НАТО не будут таскать для него киевские каштаны из огня новой войны в Донбассе. Подобно тому, как они не стали этого делать во время пятидневной войны в августе 2008 года в Грузии, закончившейся для Тбилиси потерей Абхазии и Южной Осетии. Поэтому президенту Зеленскому следует прислушаться к инстинкту самосохранения и осознать, что в случае войны он неизбежно повторит судьбу Михаила Саакашвили.
Своё главное заявление по украинскому кризису президент Байден сделал уже после саммита с Владимиром Путиным, и оно стало плохой новостью для украинских радикалов и военных стратегов. «Идея о том, что Соединённые Штаты собираются в одностороннем порядке применить силу, чтобы противостоять вторжению России на Украину, сейчас не обсуждается. У нас есть моральные обязательства и юридическое обязательство перед нашими союзниками. Это священный долг. Это обязательство не распространяется на Украину», — заявил Джо Байден.
Есть все основания полагать, что ради одного только этого признания Джо Байдена стоило проводить переговоры президентов США и России. Это заявление американского президента фактически обнуляет идею военного реванша Киева, делает её нереализуемой. Кроме того, США уже дали понять, что готовы подключиться к четырёхсторонним переговорам по Донбассу в «нормандском формате» (Россия, Украина, Германия, Франция), которые на сегодняшний день практически остановлены.
А ведь ранее такого интереса Вашингтон не проявлял. Участие американской стороны в переговорном процессе будет означать, что на ней будет впредь лежать часть ответственности за то, чтобы полномасштабный вооружённый конфликт в центре Европы не случился. Это ещё одно подтверждение того, что маятник на востоке Украины после саммита Джо Байдена и Владимира Путина качнулся в сторону политико-дипломатического, а не военного решения.
Более того, в продолжение своего разговора с Владимиром Путиным Джо Байден обнародовал ещё одну инициативу по деэскалации: «Мы надеемся, что к пятнице сможем объявить о встрече на самом высоком уровне, не только с нами, но как минимум с четырьмя из наших союзников по НАТО и Россией, чтобы обсудить российскую обеспокоенность касательно расширения НАТО и то, возможно ли выработать какие-то меры для снижения напряжённости на восточном фланге».
В общем, перед угрозой новой войны на Украине, не только сулящей военное поражение Киеву и крупное геополитическое поражение ему самому, «сонный Джо» проснулся.
Это ещё один позитивный итог российского-американского саммита, который, при всех фундаментальных противоречиях по Украине, стратегической безопасности и пресловутым красным линиям, нельзя назвать безрезультатным.