Названы причины роста долговой нагрузки заемщиков в России Поделиться
Кто бы что ни говорил, персональное банкротство для человека – это скорее ментальное, экзистенциальное состояние, нежели официально оформленный юридический статус. Банкротство оставляет нестираемое пятно не столько в кредитной истории, сколько в душе. Соломоновское «всё проходит, и это пройдет» здесь плохо работает. А бесстрастная статистика фиксирует лишь верхушку этого социально-экономического айсберга, не отражая его истинный масштаб.
тестовый баннер под заглавное изображение
Тем не менее для начала обратимся к цифрам. По данным Федресурса, в прошлом году число граждан, которых суд признал банкротами, составило 431,9 тысячи, что на 23,5% выше показателя 2023-го (349,6 тысячи). Запустить внесудебную (через МФЦ) процедуру финансовой несостоятельности смогли 55,6 тысячи человек, что на 250% больше год к году. Россияне, получившие этот статус с 2015 года, когда в стране появился сам механизм банкротства, сейчас суммарно должны кредиторам около 4 трлн рублей.
В текущем году личное банкротство набрало невиданную ранее скорость. По итогам первых двух кварталов 2025-го, в РФ каждую минуту возбуждалось шесть процедур банкротств, подсчитали в крупном госбанке. Впечатляющая скорострельность! Между тем на заднем плане остаётся нечто куда более значимое – питательная среда явления, также отраженная в разнообразных цифрах. Так, по данным ЦБ, доля невозвратных (просроченных более чем на 90 дней) кредитов в отечественных банках достигла на сегодняшний день 10,5% в портфелях потребительских займов. За год показатель вырос на 2,8%, с 7,7%. Или, скажем, как показал прошлогодний опрос Национального бюро финансовых исследований (НАФИ), у 73% граждан нет сбережений, которые позволили бы им жить без регулярного притока доходов (в виде ежемесячной зарплаты или процентов по вкладам) даже в течение одного квартала.
В-общем, этот пазл складывается из великого множества фрагментов. К ним относятся и результаты опроса, проведенного Международной конфедерацией обществ потребителей (КонфОП): 22% респондентов не в состоянии погашать проценты по займам, 18,5% тратят на выплаты более половины ежемесячного дохода, а 21% считает долговую нагрузку чрезмерной. И все эти люди, по сути, — потенциальные банкроты. Не по факту, а по собственным ощущениям, что не менее важно. Вовсе не обязательно дотягивать до девяностодневной просрочки или, тем паче, подавать на персональное банкротство. Если заемщик просрочил выплату, осознание тупиковости ситуации у него может возникнуть через несколько дней, а то и мгновенно.
Процедура банкротства – вынужденная крайняя мера. К ней прибегают, когда уже не сработали ни реструктуризация, ни переговоры с кредиторами. Россияне задолжали банкам 35 трлн рублей; на каждого экономически активного жителя страны приходится 459 тысяч рублей долговой нагрузки; хотя бы один кредит имеют 50 млн граждан. Но где та грань, что отделяет всех этих людей от банкротства, причем не обязательно узаконенного? Эта грань неосязаема и коварна, как зыбучие пески в пустыне, которые подстерегают путников практически на каждом шагу и гарантированно поглощают тех, кто отнесся к стихии пренебрежительно.
Классика жанра: человек берет новые кредиты, чтобы закрыть старые. В спешке или по незнанию не проверяет, какие будут начисляться проценты, какие санкции предусмотрены за просрочку. Иллюзия беспроблемности и безнаказанности порождает эффект снежного кома, всё более глубокой долговой спирали: условно говоря, занял в банке 300 тысяч, не смог платить, нахватал микрозаймов, их тоже не погасил вовремя. В итоге суммарно долг разбух до 1,8 млн рублей, ну а дальше следуют штрафы, судебные разбирательства и принудительное взыскание. Получение спасительного статуса банкрота в данном случае – уже не столь существенно. Хотя не стоит забывать, что признанный таковым гражданин поражается в правах: ему отныне запрещено брать кредиты, выдавать поручительства, совершать сделки, вести бизнес через юридическое лицо. Вся суть происходящего — в долгосрочных процессах и тенденциях, которые не сулят народонаселению никаких благ.
Чем дальше, тем жестче долговые обязательства довлеют над финансовыми возможностями россиян. «Дебит с кредитом не сходится» у всё большего числа граждан, чью платежеспособность подтачивают инфляция, стагнация реальных доходов, неутомимо растущие тарифы ЖКХ и много чего еще. Сегодня расплачиваться по займам неизмеримо сложнее, чем еще три-четыре года назад: средняя ставка по кредитным картам составляет 40% годовых, по микрозаймам – в районе 290% (0,8% в день), по автокредитам – 25-27%. Это и есть та подводная часть айсберга, что не присутствует в статистике персональных банкротств, но формирует её. По оценкам Федрезерва, к 2029 году количество граждан, признанных финансово несостоятельными, будет исчисляться уже не десятками и даже не сотнями тысяч, а может достичь 1,8 млн человек. Это целая армия должников, которая готова к немедленной «сдаче».