Граждане с цифровыми деньгами окажутся под колпаком спецслужб Поделиться
В России к 2030 году появится выпущенный Банком России государственный цифровой рубль. Об этом говорилось в разработанной ЦБ РФ еще в 2021 году «Стратегии развития финансового рынка в России». Буквально на днях ЦБ анонсировал запуск с 1 апреля этого года пилотного проекта по операциям с цифровым рублем, в котором примут участие 13 банков. А вот через 7 лет, как планирует российский регулятор финансовых рынков, цифровой рубль уже станет неотъемлемой частью системы денежного обращения России.
Цифровой рубль, который тестируется сегодня, является разновидностью государственной цифровой валюты, которая в мире известна под аббревиатурой CDBC — Central Bank’s Digital Currency, а по-русски — «цифровая валюта Центрального банка». Это одна из разновидностей безналичных денег, но отличие, во-первых, в том, что государственную цифровую валюту выпускает сам Центральный банк. Во-вторых, ваши цифровые деньги будут храниться не в коммерческом банке, а в Центральном банке на специальном цифровом кошельке-токене, к которому имеете доступ только вы. В-третьих, каждая выпущенная Центральным банком цифровая «монета» имеет свой уникальный код, благодаря которому невозможно украсть деньги с вашего цифрового кошелька, а даже если такое произойдет, то по этому коду все можно восстановить. И, наконец, цифровые деньги вы можете использовать даже там, где отсутствует Интернет, если вы сохраните часть денег с вашего цифрового кошелька на вашем смартфоне, подобно тому, как вы сегодня можете хранить в смартфоне файлы.
При желании цифровую валюту можно будет даже обналичить и снять наличные деньги в обычном банкомате. Но для этого цифровые деньги из Центрального банка нужно сначала перевести на счет в коммерческом банке и только потом снимать.
Однако у государственной цифровой валюты на сегодняшний день есть существенный недостаток: эта технология пока не предусматривает совершения с ее помощью других операций, кроме расчетов, платежей и денежных переводов. Есть у государственной цифровой валюты и другой недостаток для ее будущего пользователя: поскольку цифровые валюты хранятся в самом Центральном банке, у многих людей возникают опасения относительно того, что Центральный банк теперь будет следить за всеми транзакциями каждого человека.
Пока в России государственный цифровой рубль проходит только первые этапы тестирования, в некоторых странах государственная цифровая валюта уже вошла в повседневный оборот. Например, Народный банк Китая, опередив центральные банки многих других стран, в том числе «Большой семерки», запустил пилотный проект цифрового юаня еще в 2020 году. А в 2022 году, во время зимних Олимпийских игр, проводившихся в Пекине, цифровой юань уже принимался в столице КНР в качестве платежного средства. К концу 2022-го, по данным Народного банка Китая, государственная цифровая валюта использовалась в качестве платежного средства в 31 из 34 регионов КНР.
А вот в Европе, США и других странах — лидерах по уровню жизни и доступности финансовых услуг центральные банки пока не торопятся с запуском новых государственных цифровых валют. В Германии 60% населения чаще совершает платежи в наличной форме, а к запуску возможного цифрового евро, который до кризиса 2022 года торжественно анонсировал Европейский центробанк, многие граждане этой страны, особенно люди старшего поколения, относятся настороженно. В Японии, хотя Банк Японии изучает возможность пилотного проекта цифровой иены, 30% населения (преимущественно люди старше 45 лет) вообще никогда не совершали платежей в безналичной форме и цифровым валютам не доверяют. Шведский Риксбанк первым из центральных банков мира заявил о возможности выпуска государственной цифровой валюты, однако цифровая шведская крона до сих пор существует только в теории. Нет единства относительно необходимости цифрового доллара и в американской Федеральной резервной системе (ФРС), заменяющей Соединенным Штатам единый центральный банк. Вице-председатель ФРС Лаэль Брейнард в 2022 году заявляла, что переход на CDBC, то есть на цифровой доллар вместо обычного, повысит стабильность финансовой системы США, уточнив, что такой переход может занять как минимум пять лет. А сам глава ФРС Джером Пауэлл достаточно скептически отзывался о возможности запуска цифрового доллара, заявляя, что для США как для демократического государства неприемлем путь Китая, который, по мнению Пауэлла, запустил цифровой юань, чтобы следить за транзакциями своих граждан.
Такой скептицизм развитых стран в отношении CDBC связан, на наш взгляд, с тем, что центральные банки — эмитенты мировых резервных валют, за исключением юаня, а также валют, отличающихся достаточно высокой устойчивостью, например шведской или норвежской кроны, опасаются ослабить традиционные валюты. А населению этих стран, которому долго внушали, что именно их валюты: доллары, евро, иены, швейцарские франки, кроны — самые лучшие и стабильные в мире, очень сложно осознать преимущества перехода на новые технологии платежей и расчетов, поскольку старые работают вполне эффективно, да и в мире считаются самыми надежными. И страх, что центральный банк страны станет неким аналогом американской спецслужбы АНБ, которая оказалась участницей громких скандалов, связанных со слежкой за мировыми лидерами и обычными гражданами с помощью новейших цифровых технологий, у обывателей в развитых странах тоже присутствует. Так что Джером Пауэлл, скорее всего, своим заявлением выразил мнение миллионов простых американцев, которые не хотят быть под колпаком не только спецслужб, но еще и ФРС.
Новые государственные цифровые валюты развиваются центральными банками кроме целей, о которых говорилось выше, еще и для цели замены доллара США в международных расчетах. Пока на международном уровне расчеты между государствами в цифровых валютах не проводились. Но уже всерьез обсуждается возможность создания межгосударственных и наднациональных цифровых валют, например единой наднациональной валюты стран БРИКС. Вероятно, основным мотивом для выпуска цифровых валют центральными банками является либо слабость своей традиционной национальной валюты, как в некоторых небольших странах, либо, наоборот, желание сделать свою национальную валюту настолько сильной, чтобы она составила достойную альтернативу доллару. Однако не ясно, насколько этот проект окажется удачным при появлении американского цифрового доллара или, допустим, цифрового евро.
Вернемся, однако, в Россию. У нас есть отличная техническая, научная и кадровая база для успешного запуска государственного цифрового рубля — высокий уровень проникновения Интернета в стране, высокая обеспеченность населения смартфонами, квалифицированные кадры в сфере IT и финансовых технологий.
С одной стороны, по данным ЦБ РФ, количество россиян, оплачивающих в повседневной жизни покупки товаров и услуг безналичными деньгами чаще, чем наличными, увеличилось с 26% в 2014 году до 77% к началу 2023 года. По этому показателю Россия уже вошла в пятерку «самых безналичных» стран мира, и, казалось бы, у нас есть все технические возможности для перехода на цифровой рубль. С другой стороны, если внимательно посмотреть на эту динамику, можно отметить, что самый резкий скачок названной выше цифры произошел в 2020–2021 годах, то есть в период пандемии коронавируса. То есть к резкому переходу на безналичные расчеты и платежи россиян, получается, подтолкнули именно пандемия и связанные с ней ограничения, а также дополнительные факторы: сокращение числа офлайновых отделений банков и банкоматов и одновременно быстрое распространение кредитных карт.
Цифровой рубль в России, скорее всего, рано или поздно приживется, так как финансовые технологии неуклонно идут вперед, но процесс адаптации миллионов россиян к этой новейшей технологии может оказаться медленным и постепенным, если только, конечно, какие-либо внешние вызовы не заставят его резко ускорить.