Эксперт Масленников объяснил, выиграет ли бюджет РФ от роста цен на нефть Поделиться
Статистика Минфина по нефтегазовым доходам за март производит двойственное впечатление. С одной стороны, по сравнению с февралем объем поступлений вырос на 43%, до 617 млрд рублей, а с другой, оказался на 42% меньше показателя за март прошлого года, когда федеральный бюджет получил свыше 1 трлн рублей нефтегазовых доходов. Возникает вопрос: насколько эффект подхлестнутых иранским конфликтом сырьевых цен полезен в действительности российской казне?
тестовый баннер под заглавное изображение
Важны также детали: по сравнению с февралем доходы увеличились на 184,7 млрд рублей, однако этот результат достигнут исключительно за счет налога на дополнительный доход (НДД), который уплачивается раз в квартал. Что касается налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ), он остался на уровне января и февраля, то есть, в районе многолетних минимумов.
В рамках бюджетного правила Минфин должен был компенсировать недополученные доходы за счет средств ФНБ, но месяц назад ведомство приостановило работу механизма из-за планов по изменению цены отсечения на нефть. Как сообщил тогда Bloomberg, новые параметры могут быть установлены в диапазоне $45-50 за баррель. В марте продажа резервов уже не осуществлялась, тогда как в январе и феврале совокупно было реализовано валюты и золота на 418,9 млрд рублей. Вернуться к операциям Минфин намерен после 1 июля.
Мартовская блокировка Ираном Ормузского пролива обернулась резким ростом нефтяных котировок: по данным агентства Argus, 1 апреля цена на российский сорт Urals в западных портах страны составляла $93,4 за баррель. По расчетам Bloomberg, если такая конъюнктура сохранится до конца года, экспорт сырой нефти из РФ может увеличиться на $40 млрд (по текущему курсу около 3,2 трлн рублей), Если же в ближайшее время Ормузский пролив будет открыт для прохода судов, а нефтяные цены вернутся на прежний уровень в течение трех месяцев, Россия получит около $10 млрд (800 млрд рублей) дополнительных сырьевых доходов.
-Текущая статистика Минфина будет дополняться: обычно повышение цен на нефть отражается в доходах бюджета с лагом в два-три месяца. Каким в реальности окажется эффект мы узнаем только во втором квартале, — рассуждает в беседе с «МК» ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. — По итогам первого квартала объем недополученных нефтегазовых доходов составил 569,7 млрд рублей. Январь и февраль отметились серьезным провалом: при цене отсечения в $59 за баррель средняя стоимость Urals для расчета налогов составила $40 в первом месяце года и $44,6 — во втором. Только 6 марта Минфин США выдал лицензию на закупку Индией в течение месяца уже находящейся в танкерах в море российской нефти. Теперь географических ограничений нет, только временное — операции разрешены до 11 апреля и для других стран. И продажи пошли достаточно активно; в портах на западном побережье Индии цена Urals доходила до $100 за баррель.
Но возникли и сдерживающие факторы. В частности, в виде сложностей с проведением расчетов со стороны ряда индийских банков, находящихся под риском вторичных санкций. То есть, покупать нефть из РФ можно, но это требует усилий, времени, выстраивания новых схем платежей. Говорить сейчас о том, какой объем дополнительных нефтегазовых доходов Россия получит в ходе иранского кризиса, пока преждевременно. Непонятно, насколько военный конфликт затянется, закончится ли он, например, в мае, когда будет разблокирован Ормузский пролив.
-Сколько будет стоить в этом случае Urals?
-По любому выше $60 за баррель, хотя понятно, что цены начнут быстро снижаться. Показатель в $60 позволяет сохранять без изменений цену отсечения по бюджетному правилу, по крайней мере, до июля. Однако в условиях сохраняющейся высокой неопределенности, на объем нефтегазовых поступлений будет влиять комплекс факторов. Сейчас мы в рамках прежних соглашений всё еще продаем нефть, которая находится на танкерах в море. Любые новые поставки потребуют дополнительных — примерно в 15-20% — расходов на фрахт. Да, Россия может продавать Urals по сотне, но — с вычетом сильно выросших трат на фрахт, а также на разного рода логистические услуги, в том числе, по разгрузке и обслуживанию судов в зарубежных портах. К этому прибавляется и головная боль с конвертацией валюты, большие комиссии за финансовые операции с такими странами как Филиппины, с которыми у России нет практики рассчитываться в нацвалютах, как с Китаем.
Можно предположить, что среднегодовая цена Urals будет находиться в коридоре $60-65. Но, опять-таки, всё зависит от сроков завершения ближневосточного конфликта. Нынешнее приращение нефтегазовых доходов может смениться спадом, если вырастут дисконты на Urals (вернувшись к январским значениям в $15-20 за баррель) и ослабнет дефицит предложения, который сегодня составляет 12 млн б/с.
-Насколько критичен для бюджета фактор ударов беспилотников по терминалам в балтийских портах Усть-Луга и Приморск?
-Поскольку степень ущерба непонятна, эксперты воздерживаются от детальных комментариев. Но в целом можно сказать, что атаки на мощности нефтепереработки не прошли бесследно: накануне посевной кампании правительству пришлось фактически заморозить экспорт бензина до 1 июля. Очевидно, что эйфория по поводу дополнительных доходов из-за подорожания нефти абсолютно неоправданна, события требуют гораздо более скромных оценок.