«Проблема общая для всего Евросоюза» Поделиться
Остановка поставок российского газа через Украину обойдется Европе в «невероятные» €120 млрд в 2025-2026 годах, заявил премьер Словакии Роберт Фицо. Тем самым он дал понять, что в результате непродления Киевом транзитного договора пострадает экономика всего Евросоюза, а не только трех стран-членов альянса, напрямую получающих газ из РФ через территорию Украины — Словакии, Австрии и Чехии.
Как заметил Фицо в ходе своего видеообращения в соцсетях, «это решение Зеленского в 2025-2026 годах будет стоить Европейскому союзу только на газе около €50 млрд, а на электроэнергии, которая вырабатывается из газа, еще €70 млрд». По словам Фицо, это приведет к росту цен на континенте, что еще больше ослабит европейскую экономику. Сама же Словакия потеряет минимум €500 млн в год: хотя ее «внутренняя потребность в газе плюс-минус обеспечена», она осуществляет транзит российского газа в Западную Европу, стабильно зарабатывая на этом. Теперь такого источника доходов уже не будет. Фицо предупредил, что после 1 января Словакия оценит ситуацию и рассмотрит возможность введения ответных мер против Киева.
«Если это будет неизбежно, — сказал он, — Мы остановим поставки электрической энергии, в которой Украина безотлагательно нуждается при перебоях в сети, либо договоримся о другом методе».
Напомним, срок действия соглашения на прокачку российского газа через Украину истекает 31 декабря 2024 года. Москва не раз заявляла, что не отказывается от транзитных поставок в Европу, но для их продления европейцы должны договариваться с Киевом. Пролонгацию соглашения на днях исключил Владимир Путин. По его словам,
Киев, который «клюет с руки у Европы», своим отказом теперь наказывает ее: «И так-то им там непросто, уже под $500 за тысячу «кубов» цена на газ выросла».
-Из европейских стран Словакия в наибольшей степени зависит от украинского транзита, вот она и отметилась первой в оценках потерь, — рассуждает ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. – Хотя какие они будут на самом деле, сказать трудно. В целом же ситуацию можно назвать неопределённо-напряжённой. После слов Путина цены на спотовом рынке выросли на 5%, и это не предел. Хотя сами европейцы предполагали такое развитие событий и набрали в свои подземные газохранилища определенные объемы топлива, этих объемов хватит только на зимний период. А что Европа будет делать дальше, весной? Российский президент выразил готовность поставлять газ любыми другими путями. В частности, через Польшу, которая сменяет Венгрию в качестве председателя ЕС, и сейчас от ее дебютного хода очень многое зависит.
Надо понимать, что европейской энергосистеме возникает риск повторения ситуации дефицита и ценового ралли, возникшей, во-первых, во время ковида 2020 года, во-вторых, в 2022 году. Для экономики ЕС в целом это крайне неприятный момент. Перспективы достаточно сложные: по итогам 2024 года ожидается рост ВВП не выше одного процента, по итогам 2025-го – немногим выше. Мяч на стороне европейцев, пусть договариваются с Киевом или ищут другие альтернативы.
— Можно ли сказать, что непродление транзитного договора ударит, прежде всего, по Словакии, Австрии и Чехии – трем странам-членам ЕС, которые непосредственно снабжаются газом по украинскому маршруту? И если да, то как они будут выходить из положения?
— Проблема общая для всего Евросоюза. Если где-то возникает энергодефицит, его могут попытаться устранить за счет переброски электроэнергии из других мест внутри ЕС (например, задействуя инфраструктуру АЭС во Франции), а также – внешних поставок СПГ. В основном из Катара, где газ подешевле, и Соединенных Штатов, где он подороже. Плюс, сокращается энергопотребление. В-общем, без газа европейцы не останутся в любом случае, другой вопрос – какой ценой. Зимние условия, необходимость транспортировать СПГ морем, через проливы, удорожание логистики – всё это неминуемо отразится на конечной стоимости сырья. Есть еще гипотетический вариант с Азербайджаном, который может увеличить трубопроводные поставки в Турцию, а та, в свою очередь, — перекинуть «излишки» в Европу. Но, опять же, это дополнительные издержки, создающие дополнительное инфляционное давление в экономике Евросоюза.
— Насколько потеря украинского транзита болезненна для России?
— Мы прекрасно понимали, что рано или поздно наши поставки трубопроводного газа в Европу существенно сократятся, и готовились к этому. Что касается сжиженного природного газа, мы его как возили, так и возим. Хотя, конечно, и здесь усиливаются риски, в частности, в виде запрета на перевалку в европейских портах российского СПГ, предназначенного для других регионов мира. В целом же потери мы компенсируем трубопроводными поставками в восточноазиатском направлении, в Китай, в Монголию, а в перспективе – и в Пакистан. Россия будет ориентироваться на Азиатско-Тихоокеанский регион ближайшие лет 10-15, а то и 20. Что касается СПГ для Европы, дополнительный толчок к наращиванию поставок могло бы дать более интенсивное освоение Северного морского пути. И тут надо решать две задачи – создавать собственный газовозный флот и терминалы на пути следования, где-нибудь в Приморье или на юге Камчатки.