«Китай и Индия перестанут нас воспринимать всерьез» Поделиться
Осенью Госдума может вернуться к рассмотрению законопроекта о выходе России из Всемирной торговой организации. Документ находится в работе нижней палаты около пяти лет, напомнил один авторов, депутат Юрий Афонин. Между тем идея имеет массу убежденных противников в самой России, в том числе в правительстве. Их доводы сводятся к тому, что, утратив членство в ВТО, наша страна понесет невосполнимые, труднопрогнозируемые и долгосрочные убытки.
Фото: flickr.com / World Trade Organization / CC BY-SA 2.0
Сторонники разрыва с ВТО указывают на то, что международная торговля с нашей страной давно уже ведется «не по правилам», а все экономические контакты ограничены западными санкциями. В этих условиях, полагают они, России нет смысла придерживаться каких-то ранее взятых на себя обязательств. Среди преимуществ «разрыва» с ВТО – прекращение оплаты членских взносов и сохранение их в госбюджете, а также развитие торговых отношений в Таможенном и Евразийском союзах.
Иная точка зрения – у сторонников сохранения членства в ВТО. Они считают, что в случае выхода из организации Россия окажется за бортом отлаженной международной системы глобальной коммерции, ей придется торговать с миром, по сути, вслепую. В том числе – с дружественными государствами, не вводившими санкций. Идею разрыва с ВТО считают контрпродуктивной в МИД РФ: по словам дипломатов, это будет «подарком недругам». Свою позицию обозначило и Минэкономразвития: в ведомстве опасаются, что событие будет негативно воспринято добросовестными участниками мировой торговли. Ситуацию мы обсудили с профессором НИУ ВШЭ Алексеем Портанским, в прошлом – директором бюро по информационной поддержке присоединения России к ВТО.
– Тезисы авторов инициативы не выдерживают никакой критики. Добровольной отказ от членства в ВТО – это даже не глупость, а скорее поступок, не поддающийся какому-либо осмыслению, – рассуждает собеседник «МК». – Членские взносы там мизерные по сравнению со взносами в ООН, ЮНЕСКО и другими международными организациями. Поскольку доля России в глобальной торговле составляет около 2%, соответственно, мы вносим сумму, равную примерно 2% от бюджета ВТО. Это всего несколько десятков миллионов евро. Что касается тезиса о «развитии торговых отношений в Таможенном и Евразийском союзах», это вообще полный мрак. Выход из ВТО обернется огромными проблемами во взаимоотношениях с партнерами по ЕАЭС. Дело в том, что все обязательства стран-членов Евразийского экономического союза синхронизированы с их обязательствами в рамках Всемирной торговой организации, «вшиты» в ее правовую базу. Принципами ВТО руководствуются в своей деятельности и другие интеграционные объединения, например, такие как Транстихоокеанское партнерство (ТТП-11).
– Соответственно, выйдя из ВТО, Россия не получит полную свободу действий во внешней торговле, права делать то что хочет, как представляется сторонникам «разрыва»?
– Да, наши возможности резко сузятся, в частности, в отношении импортных тарифов. В настоящее время за основу ЕТТ – единого таможенного тарифа ЕАЭС взят российский тариф, что дает нам очевидное преимущество. Но если наша страна расстанется с ВТО (и ее обязательства в организации обнулятся), то единый тариф ЕАЭС будет построен на основе казахстанского тарифа – более низкого, а значит, менее выгодного для РФ. Уровень защиты нашего рынка снизится, поскольку придется следовать новым обязательствам в рамках Евразийского экономического союза. Очевидно также, что никто из членов альянса не последует примеру России и не выйдет из ВТО, и тогда усилятся риски развала ЕАЭС. Во властных кругах Казахстана и Киргизии не раз звучали мысли о том, что ЕЭАС не дает им никаких преимуществ.
Есть и другие угрозы, прежде всего для взаимодействия Москвы с Китаем и Индией. Эти два государства – ключевые игроки в ВТО, именно они определяют там погоду наравне с США и Евросоюзом. Наш выход из организации будет воспринят ими как величайшая глупость, они перестанут нас воспринимать всерьез.
Далее, в результате этого шага Россия лишится равноправного участия в «Большой двадцатке», в повестке саммитов которой находятся в основном вопросы международной торговли. Как мы будем их обсуждать, не являясь членом ВТО? Вообще, за термином «правила международной торговли» скрывается не что иное, как правила ВТО. Других просто не существует. Соответственно, с Россией никто не захочет иметь дела. По словам зампреда Госдумы Петра Толстого, «организация уже пренебрегла своими обязательствами по отношению к России». Замечу: нет таких обязательств! Это Россия взяла на себя определенные обязательства, вступив в ВТО в 2012 году.
– Сторонники идеи выхода приводят и такой довод: санкции стран Запада против Москвы разрушают систему правил ВТО. Насколько он справедлив?
– История знает немало случаев, когда та или иная страна принимала санкции в одностороннем порядке, не заручившись обоснованием в форме резолюции Совбеза ООН. Россия – не исключение: дважды она ввела ограничения в отношении Турции, которые не соответствовали правилам ВТО. В 2015 году над турецкой территорией был сбит российский военный самолет, а в 2016-м в Анкаре убили нашего посла Андрея Карлова. Да, санкции не соответствуют духу и букве ВТО, но с этой данностью мировое сообщество уживалось и будет уживаться. Это никак не может служить основанием для выхода. Мы же не покидаем ряды ООН, которая далеко не идеальна.
– Если допустить невероятное, и данный законопроект будет претворен в жизнь, как это скажется в конечном итоге на рядовом российском потребителе?
– Сейчас, в условиях долговременного падения нашей экономики, сам факт выхода из ВТО «утонет» во всем том негативе, что мы имеем сегодня. И невозможно сказать, как именно пострадает обыватель. Ясно только, что в отношении России даже дружественные государства перестанут следовать правилам международной торговли, наше проникновение на их рынки будет затруднено. Нам постоянно будут чинить какие-то препятствия, поскольку мы уже не сможем пожаловаться в Орган ВТО по разрешению споров (ОРС).
– Насколько технически сложна процедура выхода из ВТО?
– За все время существования организации (с 1995 года) таких прецедентов не было. В соответствии со статьей XV Марракешского соглашения страна должна направить в Женеву, на имя гендиректора ВТО, письменное уведомление о выходе. Документ вступит в силу по истечении шести месяцев с даты получения. Такой сценарий крайне сложно представить.