«Зачем провоцировать недовольство дружественных стран?» Поделиться
«Поставки зерна, удобрений — все за рубли», — написал в своем Telegram-канале сенатор Андрей Клишас. В данном случае законодатель поддержал популярную среди чиновников идею расширения списка экспортных товаров, оплату за которые можно брать в национальной валюте РФ. Между тем с каждым из таких товаров надо разбираться в отдельности, чтобы не наломать дров, не отпугнуть торговых партнеров.
Скажем, Россия снабжает зерном вполне дружественные страны — Египет, Турцию, Иран, Саудовскую Аравию. Начать продавать им пшеницу за рубли сейчас, в условиях резкого усиления геополитической напряженности и проблем с продовольствием в мире, — не самое умное решение. Да и сами эти государства не горят желанием связываться с механизмом, опробованным Россией на поставках газа в Европу. По словам руководителя Минсельхоза Дмитрия Патрушева, переговоры его ведомства со странами Ближнего Востока и Африки о переводе расчетов за зерно в рубли результата пока не дали. Давить на своих торговых партнеров Москва, понятное дело, не должна, а о доброй воле с их стороны речь не идет. Так что Андрей Клишас, глава Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и госстроительству, рассуждает аполитично, как заметил бы товарищ Саахов.
В марте-апреле Россия нарастила экспорт пшеницы в нейтральные страны, а также в недружественные, заявил ранее министр экономического развития Максим Решетников. С июля 2021 года по март нынешнего она продала за рубеж 28,1 млн тонн зерна (включая 23 млн тонн пшеницы). А удобрений — на общую сумму в $12,5 млрд, в основном в страны ЕС, Китай, Бразилию, Индию.
Запад обвиняет Москву в обострении продовольственного кризиса: по его утверждению, из-за блокады украинских портов застрявшее там зерно (около 4,5 млн тонн) не уходит к заказчикам. В мире осталось запасов зерна на 10 недель, а число голодающих может вырасти до 323 млн человек, сообщила глава аналитической компании Gro Intelligence Сара Менкер. По ее оценкам, ситуация обусловлена совокупностью факторов, включая негативное влияние пандемии на экономику бедных стран, последствия стихийных бедствий и засухи, ограниченный доступ к удобрениям. Президент Владимир Путин в свою очередь заметил в беседе с итальянским премьером Марио Драги: «Россия готова внести весомый вклад в преодоление продовольственного кризиса за счет экспорта зерна и удобрений при условии снятия политически мотивированных ограничений со стороны Запада».
Что касается обсуждаемого перехода на расчеты в рублях при оплате поставок зерна, чисто технически эта задача осуществима, как и в случае с газом для Европы, считает ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. Однако здесь есть два подводных камня. Первый — покупатели могут усомниться в обоснованности рублевой цены. Чтобы этого не произошло, нам необходимо увеличить объемы биржевой торговли многими товарами, включая пшеницу. К слову, Минфин подготовил законопроект, устанавливающий для российских производителей норматив в 25%: эту долю от общего объема их продукции необходимо реализовывать на бирже «в случае существенных изменений на товарных рынках».
«Второй, более важный момент — геополитический, — рассуждает Масленников. — На мир надвигается рецессия, и один из ее предвестников — резкое ухудшение ситуации с продовольствием и ценами на зерно. Вместе с Украиной мы давали примерно четверть мирового производства пшеницы третьего и четвертого класса. На сегодня Украина выполнила посевную примерно на одну пятую объемов прошлого года, а Россия из-за разрывов логистических цепочек и подорожания морского фрахта сократила экспорт примерно на 10 млн тонн. Стоит ли сейчас ущемлять те страны и регионы, которые не объявляли России санкции? Переход на расчеты в рублях — дополнительная головная боль для партнеров, традиционно покупающих нашу пшеницу. Зачем провоцировать недовольство, вопросы, напряженность в отношениях?»
И если, скажем, Европа рано или поздно решит для себя вопрос с энергоснабжением — за счет поставок СПГ из США, Катара, африканских стран, то в случае с зерном такой спасительной альтернативы для нынешних заказчиков нет. К примеру, египтянам в силу стародавних традиций питания подходит исключительно российская пшеница, а не американская или канадская. К тому же переплачивать за более дорогие, безглютеновые сорта они не готовы, отмечает Масленников. А позиция Москвы должна сводиться к простому тезису: помогите нам вернуть прежние объемы экспорта, откройте порты для российских судов, не чините препятствий в логистике, снижайте ставки фрахта.