Эксперт Юшков оценил новые санкции против нефтяного сектора РФ Поделиться
В утверждённый Советом ЕС 17-й пакет антироссийских санкций попали 189 судов из третьих стран, которые официальный Брюссель связывает с «теневым флотом» РФ. Им запрещены доступ в европейские порты и предоставление широкого спектра услуг, включая страхование. Между тем масштаб и характер ограничений вовсе не означает их эффективность, отмечают российские эксперты.
тестовый баннер под заглавное изображение
Как заявлено в пресс-релизе Совета ЕС, «общее число указанных судов достигло 342». Заявленная цель – лишить «теневую флотилию» эксплуатационных возможностей, тем самым сократив доходы от продажи нефти, которые поддерживают военную экономику России». Мера распространяется на судоходные компании (в том числе из Объединенных Арабских Эмиратов, Турции и Гонконга), «отвечающие за транспортировку сырой нефти и нефтепродуктов по морю и использующие опасные методы».
«Действия России и тех, кто ее поддерживает, сталкиваются с серьезными последствиями», — прокомментировала решение Совета ЕС, верховный представитель Евросоюза по иностранным делам Кая Каллас. Она также сообщила, что основной акцент в готовящемся 18-м пакете санкций будет сделан на энергетической сфере. В частности, может быть пересмотрен уровень потолка цен на российскую нефть, перевозимую морским транспортом. По информации Reuters, ЕС предложит странам G7 снизить планку с $60 до $50 за баррель.
— Поскольку санкции ЕС, при определенной их токсичности, не носят экстерриториального характера, в отличие от американских, особых проблем они в целом не создают, — рассуждает в беседе с «МК» эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. – Если европейцы что-то запрещают, это относится только к их континенту. То есть, согласно 17-му пакету, очередные 189 танкеров с российской нефтью не смогут заходить в порты стран-членов альянса, но они и раньше этого не делали в соответствии с эмбарго 2022 года. Владельцы судов из состава так называемого теневого флота опасаются их ареста, причем под любым предлогом. Соответственно, эти суда не заходят в европейские порты для заправки, ремонта или с какой-то иной целью, избегают европейских страховщиков (пользуясь в основном услугами российских и азиатских страховых компаний) и, вообще, стараются держаться от Европы подальше.
— И какой тогда практический смысл в нынешней мере?
— Сама по себе она ничего не меняет. Другое дело, если рассматривать её как некий промежуточный, подготовительный этап на пути к чему-то более серьезному. В этой связи вспоминаются попытки европейцев перекрыть нам доступ в Балтийское море, запретить экспортировать нефть и нефтепродукты через балтийские порты Усть-Луга и Приморск. Раньше в ЕС ссылались на то, что якобы суда теневого флота несут риски для окружающей среды: мол, они старые, ржавые, нефть утекает в воду. Однако эта аргументация неубедительна, учитывая, скажем, что в порты Польши заходят куда более древние и изношенные танкеры. Значит, в дальнейшем европейцы могут использовать критерий подсанкционности: дескать, суда, включенные в 17-й и другие пакеты, мы не будем пропускать через Датский пролив. Конечно, это незаконно, но кто сейчас смотрит на такие мелочи? И это, безусловно, станет нешуточным вызовом для России.
Но есть большие сомнения в том, что Европа пойдет на такой шаг самостоятельно, без участия Соединенных Штатов — точнее, без участия американского военно-морского флота. А Трамп дает понять, что не собирается на нынешнем этапе поддерживать новые ограничения в отношении России, инициированные в ЕС.
— Насколько велика вероятность, что страны G7 примут предложение ЕС и снизят потолок цен на российскую нефть, поставляемую по морю, с $60 до $50 за баррель? И чем это грозит Москве?
— Правило ценового потолка и раньше не особо работало. Какая разница, какой будет уровень – $60 за баррель или $50? Да, сейчас Urals торгуется ниже $60, но причина этого чисто рыночная, с фактором ценового потолка не связанная: подешевела вся нефть, а не только российская. Которая к тому же продается с дисконтом. И поскольку в этих условиях Urals стала отвечать требованиям ценового потолка, ее могут не таясь перевозить обычные танкеры, а не только суда из состава теневого флота. Для России это означает некоторое снижение затрат на логистику, на перевозку, поскольку выросла конкуренция среди судовладельцев. Соответственно, прямой угрозы от значения в $50 за баррель для нас нет.
Думаю, смысл тут в другом: продемонстрировать, что давление на Россию не ослабевает, что санкции выполняют свою задачу по сокращению её доходов от экспорта энергоносителей. В Брюсселе постоянно обещают, что каждый следующий пакет санкций будет более жестким, чем предыдущий. Звучит забавно. В реальности, как мы видим, получается ровно наоборот.