«Работать до смерти — это реальность»: экономист Зубец о доходах старшего поколения Поделиться
К началу второго полугодия 2025 года средняя зарплата в России достигла 96 тысяч рублей, а пенсия — 23 тысяч. Соотношение между ними упало до 24% — минимального уровня за 17 лет. Эксперты говорят, что пенсии растут медленнее, чем зарплаты, а дефицит кадров толкает доходы работающих вверх. Доктор экономических наук Алексей Зубец в интервью «МК» объясняет: государство просто не располагает средствами, чтобы поднимать пенсионные выплаты быстрее. Чтобы повысить пенсии, нужно увеличить налоги, но это ударит по экономике, говорит он. Пока денег не хватает, государство дает столько, сколько может. Как итог, россияне в будущем должны рассчитывать на себя: копить, инвестировать и, скорее всего, работать до глубокой старости.
тестовый баннер под заглавное изображение
— Данные Росстата показывают: разрыв между средней зарплатой в стране и средней пенсии – более чем в 4 раза. Грубо говоря, уровень жизни среднестатистического россиянина, выходящего на пенсию, на следующий день после этого падает в 4 раза. Грубо говоря, человек сразу из среднего класса проваливается в бедняки. Откуда такой катастрофический разрыв?
— Все просто — у нас не хватает рабочих рук. Безработица на уровне 2%, это рекордно низкий показатель. Из-за дефицита кадров зарплаты растут опережающими темпами, и правительство на это повлиять не может — тут чисто рыночная история. А вот пенсии зависят не от рынка, а от бюджета. Емкость Социального (Пенсионного) фонда ограничена: денег там просто не хватает. Чтобы поднять выплаты, надо повышать налоги, а правительство этого делать не хочет, поскольку это ударит и по экономике, и по людям. Поэтому государство выплачивает столько, сколько может.
— Какое соотношение пенсии и зарплаты считается нормальным?
— Эталонное значение — около 40%. Это международный стандарт, который позволяет человеку после выхода на пенсию не скатиться к бедности. Но у нас прожиточный минимум сам по себе низкий, фактически — это глобальный уровень нищеты. Российская пенсия чуть выше прожиточного минимума, но разница небольшая. Нынешние 24% разрыва — это уровень бедных стран. Мы просто наглядно видим на цифрах то, что ощущаем в реальной жизни. Пенсии у нас выше, чем прожиточный минимум, но не настолько, чтобы пенсионеры могли позволить себе больше, чем еду и коммуналку. На отпуск или лечение денег, как правило, не остается.
— Можно ли исправить ситуацию за счет индексаций?
— Индексация — вещь нужная, но ее масштаб не соответствует реальности. Пенсии индексируются по официальной инфляции, которая всегда ниже реальной инфляции для пенсионеров. А ведь половина их расходов — это продукты, а продовольствие дорожает быстрее всего. Поэтому на практике пенсии не растут в реальном выражении, а иногда даже снижаются. Меры для того, чтобы уровнять баланс, которые может предложить государство, не решают главную проблему — нехватку денег. Можно сколько угодно менять формулы, но если нет дополнительных источников финансирования, разрыв между пенсиями и зарплатами не сократится.
— Почему в западных странах пенсионеры живут лучше?
— Потому что их доходы складываются не только из государственных пенсий. Государственные выплаты там тоже маленькие — фактически на уровне прожиточного минимума. А вот вторая часть — накопительная. Люди копят всю жизнь, участвуют в корпоративных или личных пенсионных программах. В итоге к старости у них есть реальный капитал. У нас же негосударственные пенсии почти не развиты, а высокая инфляция делает долгосрочные накопления бессмысленными.
— Что в таком случае ждет будущее поколение пенсионеров в России?
— Надеюсь, что поколение 25-30-летних будет ориентироваться не на государственную пенсию, а на собственные сбережения. Кто-то купит квартиру и будет сдавать ее, кто-то отложит деньги или продолжит работать. Работать до глубокой старости, пока есть силы — это будет норма. Пока держат на работе — будут работать. Так уже живут многие. Например, моя теща трудилась до 73 лет, и за счет заработка смогла обеспечить себе достойную старость.
— То есть спасение утопающих — дело рук самих утопающих?
— К сожалению, да. Государство обеспечивает минимальный уровень, чтобы человек не умер с голоду. Все остальное — дело личной ответственности. Люди, которые не успели накопить на старость, сейчас живут только на пенсию. А те, кто позже вошел в новую экономику, уже сделали для себя подушку безопасности.
— Но при этом старшее поколение не жалуется. Почему?
— Эти люди пережили войну, голод, реформы 90-х. Они видели, как деньги исчезают в один день. Для них нынешние трудности — мелочи. Они сохраняют оптимизм и благодарность за стабильность. Поэтому и протестов не видно: люди живут и не ропщут. А вот сегодняшние молодые, когда станут пенсионерами, полагаю, будут уже другими — более требовательными.
— То есть с ростом запросов нового поколения может измениться и сама пенсионная система?
— Возможно. Но пока экономика не создает условий для накоплений. Инфляция, кризисы, слабая защита инвестиций — все это мешает. Поэтому говорить о радикальных изменениях в пенсионной системе рано. Пенсии в четыре раза меньше зарплаты — это не только про экономику, это про отношение государства и общества. И пока государство «дает, сколько может», остальное придется брать в свои руки самим гражданам.