Как советский экономист Николай Кондратьев может помочь сегодняшним денежным властям России Поделиться
«Падение курса рубля и возможность его стабилизации». Нет, это не заголовок из сегодняшних новостных лет. Почему же тогда фраза взята в кавычки? Дело в том, что под точно таким же названием 101 год назад, в 1922 году (!), в газете «Экономическая жизнь» была опубликована беседа с заведующим Конъюнктурным институтом профессором Николаем Кондратьевым. Да-да, больше века прошло — уму непостижимо! — а название-то и сегодня на злобу дня.
Николай Дмитриевич Кондратьев — выдающийся российский, советский экономист, был репрессирован и расстрелян в 1938 году. Известен он в научном мире прежде всего своей теорией длинных экономических волн. Но на самом деле, когда перечитываешь работы Кондратьева, поражаешься, насколько тематически разносторонним и глубоким ученым-экономистом был наш знаменитый соотечественник. И да, конечно, падение курса рубля его также сильно волновало.
Сегодня мы волнуемся о том же самом — о рубле. Конечно, тогда ситуация была несколько иная, тревожила Николая Кондратьева прежде всего бешеная инфляция. Огромное беспокойство тогда вызывала эмиссия денег, когда с помощью простого печатания купюр молодая советская власть пыталась решить проблему их нехватки. И упомянутая беседа, вышедшая в печать под столь актуальным названием, как раз об этом. Сегодня все-таки не в эмиссии кроется корень неприятностей российского рубля. Во всяком случае пока. Однако по-прежнему «вопрос о возможности и методах стабилизации курса рубля принадлежит к числу труднейших вопросов, труднейших не столько для теории, сколько для практики его разрешения». И опять кавычки — это прямая цитата из работы Николая Кондратьева.
Так что сегодня с возможностью стабилизации курса рубля? После того как рубль провалился ниже уровня 101 за доллар США, а Банк России резко повысил ключевую ставку с 8,5% до 12%, а потом появилась информация, что власти с целью увеличения объема продаваемой на внутреннем рынке валюты могут опять обязать экспортеров продавать 80–90% валютной выручки, рубль укрепился. Сегодня главный вопрос в том, надолго ли он укрепился.
Вообще ситуация для многих представляется схожей с той, которая была в конце февраля — марте 2022 года. Тогда тоже сначала было стремительное ослабление рубля, потом резкое повышение ключевой ставки Центробанком до 20%, затем не менее стремительное укрепление рубля. Ситуация действительно весьма напоминает ту, которая была полтора года назад. Но я бы так сказал: ситуация та, да не та. В чем отличие нынешнего положения дел с рублей от того, полуторалетней давности? Отличие есть, и оно принципиальное.
Тогда резкое повышение ключевой ставки Банком России, введение целого комплекса жестких валютных ограничений и другие меры, предпринимаемые для стабилизации курса нацвалюты, очень хорошо легли на фундаментальную основу укрепляющегося рубля — сильный платежный баланс. Такой баланс сложился потому, что мировые цены на российские энергоносители, прежде всего на нефть, резко выросли, а импорт не менее резко обвалился. В результате валюты действительно было много, ее курс по отношению к рублю снижался.
Но уже с конца 2022 года положение стало коренным образом меняться: экспорт в стоимостном выражении начал уменьшаться, а импорт, напротив, расти. В результате положительное сальдо внешней торговли Российской Федерации в первом полугодии 2023 года составило, по данным Банка России, 57 млрд долларов, что на 68,3% меньше аналогичного показателя 2022 года (179,8 млрд долларов). Это — гигантский провал. Объем экспорта, кстати, за те же первые шесть месяцев 2023 года снизился на 32,5%, до 206,8 млрд долларов, а импорт вырос на 18,3%, до 149,8 млрд долларов. Вот она — фундаментальная причина того, что происходило с рублем до 15 августа 2023 года, когда Банк России повысил ключевую ставку до 12%.
Проблема, и большая, в том, что и после 15 августа 2023 года, когда Банк России резко повысил ключевую ставку, с этой самой фундаментальной основой для ослабления рубля — уменьшающимся сальдо внешней торговли России — ничего не изменилось. А это значит, что нынешняя ситуация с попыткой стабилизации и укрепления курса рубля в корне отличается от того, что происходило в 2022 году. Тогда все меры по стабилизации рубля хорошо легли на фундаментальную основу для этого — усиливающийся платежный баланс. Сегодня аналогичные меры не имеют такой основы, фундамент сегодня другой — слабеющий платежный баланс. Это значит, что все предпринятые и возможные будущие меры административного характера не имеют по-настоящему серьезных шансов для того, чтобы по-настоящему развернуть слабеющий рубль. Какое-то временное укрепление его возможно, но тенденция останется прежней — рубль будет слабеть. Вот если бы экспорт в стоимостном выражении снова стал быстро расти, тогда было бы другое дело.
Еще один вывод, который можно сделать из всей этой ситуации на валютном рынке, состоит в том, что решение задачи девалютизации не очень-то и помогает рублю. А все потому, что если есть какая-то фундаментальная причина для иной тенденции, то ее не перешибить. Это не означает, что девалютизации не должно быть. Девалютизация, понимаемая как постепенный отказ от использования американского доллара и евро, в нынешних условиях сильнейшего санкционного давления является неизбежным процессом. Но вот влияние этого процесса на укрепление рубля явно не стоит переоценивать.
Кроме названных выше серьезных оснований для слабеющего рубля существуют и не слишком афишируемые причины, почему слабый рубль выгоден финансовым властям. Впрочем, почему «не слишком афишируемые»? Многие наблюдатели, даже далекие от экономики, уже понимают, что чем слабее рубль, тем больше будет рублевых поступлений в бюджет от экспортеров. В переводе на рубли-то экспортеры при слабеющей нацвалюте получают больше, вот и в бюджет они налогов (в тех же рублях!) заплатят больше.
Заинтересованность финансовых властей в слабом рубле становится больше, когда усиливается дефицит бюджета, когда денег в нем не хватает. Сейчас как раз с этой точки зрения ситуация не очень хорошая. По предварительной оценке Минфина РФ, нефтегазовые доходы федерального бюджета, в которых экспортная составляющая очень велика, в январе–июле 2023 года снизилась на 41,4% по сравнению с соответствующим периодом 2022-го. Дефицит федерального бюджета составил за этот период 2,8 трлн рублей, почти достигнув величины планового дефицита за весь 2023 год (2,9 трлн рублей). И здесь я снова вспоминаю Николая Кондратьева, который также обращал внимание на то, сколь пагубна ситуация для рубля, «пока бюджет государства остается глубоко дефицитным». Надеюсь, представители финансово-экономических властей также прекрасно понимают это.
Кстати, обратил внимание, что на фоне нынешнего резкого ослабления рубля в ряде публикаций нашу нацвалюту опять начали называть «деревянной». Да, подумалось, давно такого не было, очень давно, и вот опять…
Во времена Николая Кондратьева рубль не называли «деревянным», хотя для этого были все основания. Проблемы падающего курса рубля тогда в конечном итоге удалось решить. Удалось, потому что в конечном счете обратили внимание на фундаментальные причины обесценения рубля, ушли от эмиссии необеспеченных денег. Вот и сегодня, пусть при другой природе проблем у рубля, надо больше уделять внимания тому, что лежит в основе его трудностей. Как говорится: «Зри в корень!» Это, конечно же, уже не Николай Кондратьев. Это — Козьма Прутков. Но от этого мысль менее актуальной не становится…