Объем наличных в России может вырасти на 35% Поделиться
Согласно прогнозу Центробанка, в ближайшие пять лет объем наличных в обращении вырастет в России как минимум на 22%, с нынешних 19,7 трлн до 24 трлн рублей. А в рисковом сценарии — на 35%, до 26,6 трлн рублей, следует из документа «Основные направления развития наличного денежного обращения на 2026–2030 годы». И это в ситуации, когда государство всеми силами стремится обелить экономику и снизить в ней долю «живых» денег.
Фото: max.ru/id2536150266_gos
тестовый баннер под заглавное изображение
Нынешний тренд более чем красноречив: по данным ЦБ, в прошлом году прирост наличных в обращении в пять раз превысил показатель 2024-го. Отток ликвидности из банков составил 1 трлн рублей, тогда как годом ранее – 0,2 трлн. Причем в декабре — 836,3 млрд, рекордная сумма для этого месяца за последние 11 лет.
Между тем с 2021-го до середины 2025 года (в тогдашнем июне ЦБ приступил к циклу снижения ставки) основная масса россиян неуклонно забывала о существовании такого естественного средства платежа, как бумажные банкноты в кошельке. Согласно официальной статистике, в этот период доля наличных расчетов упала вдвое — с 25,7% до 12,2%. Сегодня она бурно растет. Почему? Как к этому относиться и что делать? Об этом мы спросили экспертов.
Игорь Николаев, главный научный сотрудник Института экономики РАН:
«Банк России абсолютно не заинтересован в росте доли наличных денег в обращении. Но есть фундаментальная причина, которая никуда не исчезнет ни завтра, ни послезавтра и будет только усиливать тенденцию. Это замедление экономики. В условиях стагнации и очень высокой неопределённости спрос на наличность со стороны бизнеса и населения будет увеличиваться естественным образом. Конечно, на ситуацию влияют и повышенное налогообложение, и разного рода технические моменты (например, учащающиеся блокировки банками счетов физлиц), но главное – это экономические процессы, которые у аналитиков и правительственных чиновников вызывают всё большую озабоченность.
Высокий спрос на «живые» деньги понятен: предприниматели хотят минимизировать потери, а потребители – сохранить сбережения. Да, при растущей инфляции деньги обесцениваются в любой форме, но купюры, которые всегда при вас, вы по крайней мере не потеряете физически. Люди старшего поколения хорошо помнят 1991 год, а среднего – 1998-й: в обоих случаях миллионы лишились своих кровных, находившихся в банках. Горький опыт этих кризисных событий остаётся актуален и сегодня, хотя в условиях рыночной экономики страна живёт уже десятки лет. Кстати, Центробанк вполне резонно не собирается ограничивать хождение кеша в РФ, поскольку такого рода административные меры чреваты ажиотажем и паникой: все бросятся запасаться наличными, закрывать счета. И это может обрушить банковскую систему».
Алексей Ведев, доктор экономических наук:
«Конечно, когда доля наличных денег в обороте растёт, причём непропорционально, это усиливает риски: во-первых, неплатежей в банковской системе, во-вторых, расширения теневого сектора. Понятно, что, повышая фискальную нагрузку, государство вынуждает бизнес оптимизировать с помощью кеша свои расходы, искать какие-то обходные пути. Но в то же время у нас существует долгосрочная государственная программа обезналичивания, обеления экономики, дедолларизации. Её должны реализовывать ЦБ и правительство. Это целый комплекс мероприятий, связанных в том числе с задачей повышения доверия россиян к банковской системе, с необходимостью проводить стимулирующую денежно-кредитную политику. За один день всё это не решить».
Михаил Беляев, финансовый аналитик, кандидат экономических наук:
«К сожалению, у нас слишком велик теневой сектор, что недопустимо. Эта ситуация порождает и коррупцию, и всевозможные нелегальные схемы по обналичиванию денег, усиливающие напряжение в экономике и нагрузку на бюджет. Соответственно, экономику необходимо обелять за счет, прежде всего, увеличения доли безналичных расчетов. Которые позволяют понять, кто чем занимается и в каком объеме, кто не платит налоги, а чей бизнес вообще не зарегистрирован, не то что нелегален. Есть большая разница между понятиями «не давать работать» и «не давать воровать». Претензии бизнеса, что государство якобы не дает ему работать, считаю необоснованными».