«Колебания в объемах экспортных поставок были и будут всегда» Поделиться
Судя по информации от Bloomberg, август стал месяцем удивительных метаморфоз для экспорта российской нефти. Сначала агентство со ссылкой на данные компании Vortexa (которая отслеживает треки грузоперевозок), сообщило о падении поставок энергоносителей из РФ за рубеж до 15-месячного минимума. А затем обнародовало подсчеты, согласно которым только за неделю с 20-го по 26-е число российский нефтяной экспорт вырос на 800 тысяч баррелей в сутки. Так что же происходит с торговлей отечественными энергоносителями: кризис или взлет? Ответ «МК» искал у экспертов энергетического рынка.
По итогам августа сырьевые доходы России выросли на 35%, до $47 млн в день в среднем за четыре недели. Объем экспорта ее «черного золота» по морю достиг 3,4 млн б/с, приблизившись к максимальным значениям с конца июня, но не дотянув до показателей февраля примерно 450 тысяч б/с. При этом, отмечает Bloomberg, наибольший рост наблюдался в балтийских портах Приморске и Усть-Луге. По оценке агентства, последний (20-26 августа) скачок во многом связан с сезонным фактором и эффектом низкой базы: в июне-июле поставки энергоносителей за границу традиционно снижаются, поскольку растет спрос на нефтепродукты внутри страны. Кроме того, в августе Россия дополнительно (и в добровольном порядке) сократила экспорт нефти на 500 тысяч б/с, урезав добычу на тот же объем. Ранее добыча была уменьшена на столько же в марте.
Крупнейшими покупателями российского сырья по-прежнему являются Китай и Индия — обе страны, по данным Bloomberg, за последнюю неделю августа экспортировали чуть больше 1 млн баррелей нефти в сутки. Объем поставок в Турцию составил около 150 тысяч б/с, в остальную Европу – примерно 125 тысяч б/с.
При этом экспортная выручка РФ за август выросла на 35%, до $47 млн в день в среднем за четыре недели.
Так что же в итоге происходит с российским сырьевым экспортом на длинной дистанции, можно ли говорить о каком-либо устойчивом тренде? Эта тема покрыта толстым пластом противоречивой информации. Например, тот же Bloomberg сообщил недавно, что Китай стал отдавать предпочтение иранской нефти, поскольку та предлагается со скидкой $10 за баррель к Brent и стоит значительно дешевле российской. Если это правда, то насколько велика угроза, исходящая от Ирана? Ведь если в политическом плане страна является союзником РФ, то в плане внешней торговли, получается, — опасным конкурентом, если не противником. С этими вопросами мы обратились к эксперту Финансового университета при правительстве РФ Игорю Юшкову.
— В целом, после февральского заявления вице-премьера Александра Новака о том, что в марте Россия снизит добычу «добровольно» на 5% (500 тысяч б/с), наша страна последовательно сокращала и экспорт. Что касается конкретно конца лета, на этот период, как известно, приходится пик автомобильных перевозок, люди возвращаются в города с дачных участков. Плюс, растет потребление дизельного топлива, поскольку у нас в разгаре уборочная компания в сельском хозяйстве. В итоге резко повышается потребление нефтепродуктов, их больше поступает на внутренний рынок. Соответственно, снижается экспорт. Колебания в объемах экспортных поставок были и будут всегда, и не надо этого пугаться. Важно также помнить, что правительство закрыло статистику по показателям нефтегазового комплекса, поэтому подтвердить или опровергнуть данные Bloomberg сложно. Получается, что, когда нет официальной статистики от государства, эту «пустоту» заполняют другие источники, которые порой из каких-то своих соображений рисуют пугающую картину.
— Чего в ней больше – истины или домыслов?
-Заявив о намерении сократить экспорт в августе, Россия не стала раскрывать, как именно она будет использовать те объемы, что предназначались для продажи за границу. Частично мы эту сырую нефть переработали, увеличив именно объемы переработки, что ставит под сомнение данные Bloomberg. Часть полученного топлива осталась внутри страны. Что касается Ирана, у России нет с ним жесткой конкуренции за китайский рынок. Действительно, априори любые производители нефти являются конкурентами на мировой арене. Вместе с тем, Bloomberg рисует ситуацию так, что якобы Пекину приходится выбирать между двумя традиционными поставщиками – Россией и Ираном, поскольку у него есть некий международно оговоренный лимит покупки подсанкционной нефти. На самом деле это не так: оба государства предоставляют Китаю максимально выгодные ценовые условия, и он совершенно спокойно переваривает и наши, и иранские объемы. Не отдавая при этом предпочтения какой-то одной из сторон. В целом, проблем с продажей сырья у России нет: в случае чего мы его перенаправим на другие рынки, желающих купить хватает. Иран же всю свою нефть поставляет исключительно Китаю, поскольку остальные не хотят с ней связываться из-за угрозы американских санкций. Китай, будучи сверхмощным игроком, фактор вторичных санкций игнорирует.
— Недавно тот же Bloomberg сообщил, что после ночной атаки (в начале августа) порта в Новороссийске морскими беспилотными дронами, объем экспортируемой по Черному морю российской нефти обвалился. Если в июне он составлял 600–800 тысяч баррелей в сутки, то теперь не превышает 100 тысяч б/с. Так ли это?
— Сомневаюсь, что настолько радикально сократились поставки из Новороссийска. Об этой «катастрофе» трубили бы все. Прежде всего, Казахстан и те международные компании, которые добывают там нефть и экспортируют ее по трубопроводу КТК (Каспийский трубопроводный консорциум). По этой ключевой для Казахстана магистрали идет более 50 млн тонн нефти – огромная цифра для Астаны. Если бы порт Новороссийска перестал выполнять свои транзитные функции, мы бы сразу это увидели: для Казахстана это была бы колоссальная потеря. В контексте ситуации с беспилотниками, наивно говорить об ущербе исключительно в отношении российского экспорта: казахстанская нефть, которая отгружается в порту Новороссийска, подвергается угрозам в не меньшей степени. И в том, и в другом случае растут ставки фрахта и страхования судов-перевозчиков. Операторы дронов, атаковавших танкеры, явно не разбирались, чья нефть находится на борту – России или Казахстана.