Экономист подверг сомнению прогноз кадровой потребности до 2029 года Поделиться
Минтруд разработал прогноз кадровой потребности на 2024–2029 годы, часть положений которого выглядит весьма спорно. Например, в числе специальностей, спрос на которые упадет сильнее всего, фигурируют работники сельского хозяйства. Тогда как этот сектор, кормилец населения и один из драйверов роста российской экономики, испытывает сегодня острейший дефицит кадров — в размере более 200 тысяч человек. Мы попытались разобраться, в какой степени ведомство Антона Котякова близко к истине в своих оценках.
тестовый баннер под заглавное изображение
К 2029 году наибольший рост ожидают отрасли по оказанию персональных услуг (+348 тысяч человек относительно 2024 года), обрабатывающие производства (+203 тысячи), транспортировку и хранение (+194 тысячи), гостиничный бизнес и общепит (+168 тысяч), науку (+160 тысяч), информацию и связь (+90 тысяч), а также здравоохранение (+70 тысяч). В то же время спрос на рабочие руки упадет прежде всего в сферах торговли (-233 тысячи), госуправления (-66 тысяч), обеспечения электроэнергией (-57 тысяч), недвижимости (-30 тысяч), культуры и спорта (-20 тысяч), а также финансов и страхования (-10 тысяч). В АПК показатель составит минус 40 тысяч человек.
Вообще, к прогнозам, охватывающим столь широкий временной горизонт, эксперты призывают относиться с известной мерой условности. Поскольку процессы, которые протекают в последние годы на рынке труда, меняют его ландшафт очень быстро и абсолютно непредсказуемо. Скажем, еще пару лет назад шли разговоры о том, что российской экономике катастрофически не хватает айтишников, назывались цифры от 1,5 млн до 3 млн человек. А сегодня сама тема лишена смысла – в силу бурного развития искусственного интеллекта, его использования многими секторами и производствами.
Можно вспомнить прогноз главы Минтруда Антона Котякова, заявившего в этом январе, что до 2030 года в сферу занятости необходимо будет привлечь дополнительно 3,1 млн человек. Хотя ранее звучали другие оценки: в июне 2024-го на Петербургском международном экономическом форуме вице-премьер Дмитрий Чернышенко назвал цифру 2,4 млн.
– Я далеко не уверен, что сократится количество работников в торговле, – рассуждает в беседе с «МК» директор Центра исследований социальной экономики Алексей Зубец. – Насколько мне известно, сегодня потребность в дополнительных кадрах там только увеличивается. Крупному ритейлу по-прежнему требуются курьеры, которые формально могут не быть его составной корпоративной частью, но занимаются доставкой – в основном продовольствия. Никуда не денутся и небольшие магазины «у дома», торгующие продуктами питания и разного рода бытовой мелочевкой. В конце концов, не в каждом населенном пункте в России есть сетевые маркеты.
Не согласен и с прогнозом относительно финансов и страхования, которое в большинстве случае идет через разветвленную агентскую сеть, касаясь, например, квартир и загородного жилья. Безусловно, искусственный интеллект – вещь замечательная, но конкретно этих специалистов не заменит, а таких людей нужно много. Кстати, существует масса примеров, как избыточная автоматизация производства, к примеру, в банках приводила к убыткам, а не генерировала прибыль. Ну а если предположить, что спецоперация пойдет на убыль или закончится, то и ВПК, и ряд смежных секторов уже не будут нуждаться в прежнем числе квалифицированных работников.
– По расчетам Минтруда, в сельском хозяйстве произойдет кадровое сокращение на 40 тысяч. Вы с этим согласны?
– Аграрный сектор – один из драйверов экономики и ключевых ресурсов страны. В России находится около половины общемирового объема черноземов. По мере потепления климата все больше территорий будет пригодно для засева теми или иными культурами. Соответственно, работников понадобится намного больше, чем сейчас, когда агрокомплексу не хватает примерно 200 тысяч человек. Да, в зерноводстве людей нужно меньше: комбайнер в одиночку собирает урожай на огромном поле. Но, скажем, в молочном хозяйстве сплошной ручной труд, там нет такой автоматизации производства, как во Франции, где четыре человека могут обслужить стадо из сотен коров. Та же история с овощеводством, с плодовыми садами: высокая трудоемкость требует большого количества рабочих рук.
Но если мы рассмотрим персональные и бытовые услуги, тут многое упирается в финансовый момент. Если доходы рядовых потребителей будут расти, то будет расти и спрос на услуги химчистки, мастеров по ремонту, курьеров… Действительно, если есть деньги, удобнее заказать пиццу себе под дверь, а не ходить в пиццерию самому. Но динамика роста доходов – величина непредсказуемая, в значительной степени зависящая от общей экономической ситуации в стране. Так что я бы не стал торопиться с излишне оптимистичными оценками. Кстати, прогнозируемый Минтрудом кадровый всплеск в сфере транспортировки и хранения тоже неочевиден. Если будут расти объемы и номенклатура потребляемой продукции, то да, понадобится больше логистических и прочих мощностей, плюс работников.
– А что с госуправлением, которому сулят сокращение кадров?
– Госаппарат у нас раздут: чиновников в России слишком много, больше, чем их было на весь Советский Союз. Так что сокращение на озвученную цифру 66 тысяч вполне возможно, с учетом широкого внедрения цифровых технологий, систем электронного документооборота, облегчающих, в частности, межведомственное взаимодействие. Оптимизация коснется прежде всего людей, исполняющих технические и административные функции, – архивариусов, делопроизводителей, специалистов по отчетности. Сегодня документы можно хранить и использовать в электронном виде, без дублирования на бумажном носителе. Надо учитывать, что премьер Михаил Мишустин все эти вещи давно и активно продвигает.
– Здравоохранение, гостиничный бизнес – что будет с ними?
– Если автоматизация не затронет сектор здравоохранения в должной степени, дополнительные работники ему, конечно, понадобятся. Другое дело, если в стране будет создана и заработает система телемедицины, использующая для обмена информацией компьютерные и телекоммуникационные технологии. Больные смогут дистанционно консультироваться с врачом – через мессенджеры, видеосвязь. Что касается гостиничного бизнеса, тут многое зависит от курса доллара и перспектив снятия санкций, возвращения прямых рейсов в Европу. Если появится удобная возможность отправиться на отдых в Италию или Грецию по дешевым билетам, кто-то явно предпочтет их внутреннему туризму. Далеко не факт, что отечественным гостиницам будет некуда деваться от избытка гостей, и что им придется набирать дополнительный персонал.
– Есть ли смысл в принципе делать настолько долгосрочные прогнозы – с учетом стремительно меняющихся реалий?
– Ведомствам положено их делать. Другой вопрос, что их ценность невелика. Мы не в состоянии определить перспективы не то что на 2029-2030 годы, но и на полгода вперед. Предположим, в этот период Центробанк снизит ставку до 15% годовых – сразу оживится строительный сектор, начнут вводить больше готового жилья, народ опять ринется брать ипотеку. Возникнет острая потребность в дополнительных сотнях тысяч рабочих рук, пусть низкоквалифицированных. И что тогда, опять пересматривать прогнозы?