Золотой век подходит к концу
Сотни тысяч организаций и частных лиц по всему миру размещают капиталы в других государствах, а не в своем собственном. Речь идет об использовании так называемого офшорного инструмента, освобождающего от уплаты налогов на законных основаниях. По оценкам МВФ, в мире насчитывается свыше 60 государств, являющихся офшорными зонами. Есть также с десяток стран, где офшорами являются отдельные регионы и даже города. Так что же это: легальный инструмент финансовой системы или зло, из-за которого бюджеты стран теряют огромные деньги?
Офшорный мир состоит из десятков зон. Некоторые из них — весьма «сомнительные». В основном это островные офшоры — публичные компании и персоны, которые дорожат своей репутацией, стараются держаться от них подальше, хотя именно в таких зонах налоги самые низкие, а требования к отчетности минимальны. Именно о них идет речь в расследованиях вроде «Панамагейт» в 2016 году или «Архив Пандоры» в 2021 году.
Размещение активов в офшорах позволяет компаниям платить меньше налогов в собственной стране путем размещения капиталов в другом государстве. Самыми известными оффшорными зонами мира считаются: Швейцария, Гонконг, Сингапур, США, Нормандские острова, ОАЭ, Люксембург, Великобритания, Монако, Бахрейн.
Масштабы офшорных зон впечатляют, хотя оценки хранящихся в них капиталов и варьируются в зависимости методики подсчета. Если учитывать лишь финансовые активы, то общий объем средств можно оценить в $7-8 трлн, это почти 10% от мирового ВВП. Если считать не только финансовые активы, но и имущество, зарегистрированное на офшорные компании, вроде яхт, недвижимости и прочего, то сумма окажется в 3-4 раза больше — $20-30 трлн. По оценке Bloomberg, произведенной в 2019 году, за этот период только из России было выведено в офшоры порядка $750 млрд.
Впрочем, сегодня все более явно ощущается окончание золотого века для офшорных юрисдикций. Вызвано это недоверием и давлением мирового сообщества и международных организаций. А возникло это давление после ряда серьезных утечек информации с базами данных офшоров и их клиентов (к примеру, скандал OffshoreLeaks раскрыл объем «серого» капитала порядка $32 трлн в ряде компаний, зарегистрированных в Гонконге, Сингапуре, на Британских Виргинских островах), выявивших истинные масштабы теневого сектора экономики.
Главным инициатором антиофшорного регулирования является Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), которая занимается налоговыми аспектами офшорного бизнеса. По ее инициативе с 2012 года проблема стала обсуждаться на межгосударственном уровне. В 2013 году в ходе саммита большой двадцатки (G20) был составлен план борьбы с размытием налогооблагаемой базы и выводом налогооблагаемой прибыли (Base Erosion and Profit Shifting), утвержденный членами саммита (в том числе и Россией). Для осуществления процедур деофшоризации была учреждена группа разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег (FATF, Financial Action Task Force). В России для этих целей была также создана правительственная структура — Росфинмониторинг или Финансовая разведка.
Раз с такими зонами активно борется мировое сообщество, получается, офшоры по большей части — это зло? По мнению руководителя аналитического департамента AMarkets Артема Деева, от развития офшорной экономики многие страны получают определенный профит, привлекая инвестиции и предлагая низкие ставки налогообложения. Поэтому борьба с офшорами — это некий спектакль, считает он. «Главные страны мира изображают борьбу с офшорами, просто забирая свою долю рынка у более слабых конкурентов, — отмечает эксперт. — В настоящее время многие аналитики финансового рынка говорят, что легализация офшоров необходима — это некий рыночный инструмент, который позволяет перетягивать денежные потоки в нужном для национальной экономики направлении. Поэтому наверняка, наряду с ужесточением за контролем потоков, будут приняты меры по легализации отдельных рынков, по странам».
С теоретической точки зрения, вывод средств из экономики страны, за счет соразмерного снижения объема инвестиций, неминуемо снижает темпы ее роста, что на дистанции, если этот процесс имеет хронический характер, приводит к структурным проблемам, убежден старший аналитик компании Forex Optimum Александр Розман. «Вместе с тем, в истории «офшорные практики» в той или иной мере существовали параллельно с коммерческой деятельностью человека. Искоренить это невозможно, пока у государств есть право устанавливать налоговый режим и регуляторные нормы самостоятельно», — считает он.
По словам замруководителя ИАЦ «Альпари» Натальи Мильчаковой, с самим офшорным бизнесом, раз уж он получил такое широкое распространение во всем мире, бороться уже поздно и бессмысленно. «Необходимо бороться только с использованием офшорных компаний и офшорных зон в целях отмывания денег мошенниками и преступных схем», — подчеркивает эксперт.
В общем, по мнению экспертов, не следует однозначно трактовать офшоры как неизбежное зло. Руководитель юридической практики компании «Интерцессия» Кирилл Стус отмечает, что офшорная юрисдикция является лишь инструментом, которая в руках грамотного владельца может позволить построить успешную бизнес-структуру, не только благодаря сокрытию прибыли и собственников-бенефициаров (что однозначно негативно трактуется международным сообществом), но для защиты интеллектуальной собственности, активов, построения сложных и эффективных корпоративных структур. «За последнее десятилетие многие офшорные юрисдикции уже покинули списки неблагонадежных стран и вполне успешно предоставляют свои сервисы иностранным инвесторам», — подытожил собеседник «МК».