Долговая кабала Поделиться
Механизм рассрочки в нынешнем виде – зло: в этом, если коротко, смысл заявления Эльвиры Набиуллиной. По словам главы Центробанка, рассрочка, являясь, по сути, полноценным потребительским кредитом, в отличие от него не регулируется законодательством. А значит, человек, пользующийся этой популярной услугой, изначально уязвим в правах, «ничем не защищен, в том числе в вопросе объемов неустоек, пени и так далее».
«Сама по себе рассрочка – это нормальный, полезный и технологичный продукт, – заметила Набиуллина на недавнем совещании президента Путина с членами правительства. – Но важно, чтобы человек, который берет рассрочку, был так же защищен, как и тот, кто берет классический кредит. Поэтому в данном направлении также нужны законодательные нормы».
Как сообщил ранее руководитель службы по защите прав потребителей и обеспечению доступности финансовых услуг ЦБ Михаил Мамута, регулятор видит практики, когда в договоре о рассрочке (BNPL – «покупай сейчас, плати потом») «зашиты» большие комиссии, которые клиент не осознает. Кроме того, есть и риски неучтенной долговой нагрузки клиента при выдаче рассрочки.
Магазины обычно рекламируют эту услугу как способ совершать покупки без переплат. Примерно до кризисного 2008 года это было правдой. Покупатель вносил первый взнос и оформлял договор на выплату остальной суммы без процентов. К 2023 году чистых рассрочек уже практически не осталось: сегодня это полноценный кредитный продукт. Чтобы не рисковать, торговцы привлекают третью сторону – банк. Который вносит за покупателя всю сумму, а потом взыскивает с него долг. При этом проценты за пользование деньгами магазин включает в стоимость товара.
И хотя после оформления рассрочки цена для покупателя не меняется, по факту он берет кредит: в договоре отдельно прописаны ежемесячный платеж и проценты. Скажем, в популярных маркетах электроники рассрочку предоставляют на срок 3-24 месяца (минимальная сумма – 3 тысячи рублей), а в крупных банках потребкредит дают на срок от трех месяцев до пяти лет (30 тысяч рублей).
В обоих случаях неуплата портит кредитную историю и влечет штрафы. У каждого банка свои правила, но в среднем за каждую просрочку платежа с клиентов взимают около 700 рублей.
«Услуга сопряжена с риском непогашения платежа в срок и последующих штрафов, – поясняет председатель правления Международной конфедерации обществ потребителей (КонфОП) Дмитрий Янин. – Более того, оформляя рассрочку, магазин не делает запрос в Бюро кредитных историй. Соответственно, нет независимой оценки платежеспособности человека, который может просто не осознавать, что очередной заем он не потянет. Набиуллина права: ситуация требует законодательного регулирования. Необходимо внести в Закон «О потребительском кредите» изменения, которые приравняют рассрочку к обычному кредиту – в части, касающейся размеров штрафов, раскрытия информации о стоимости услуги».
Но, отмечает Янин, Центробанк не обладает правом законодательной инициативы, в отличие от Госдумы. И пока в парламенте не найдется хоть один депутат, готовый продвигать идеи регулятора по защите прав потребителей, граждане и дальше будут сталкиваться с рисками на бытовом уровне. Никто не знает, сколько конкретно случаев попадания в долговую зависимость через рассрочку происходит в России, поскольку в статистике БКИ они не отражаются. При этом, по оценке эксперта, и кредиты, и товары в рассрочку, как правило, берут россияне с низким уровнем достатка.
В бурном распространении практик продаж в рассрочку Банк России видит две опасности. Первая — это введение граждан в заблуждение относительно выгодности такого способа покупки. Ведь переплата по отношению к цене товара может быть выше, чем если бы человек рассчитался за него сразу, взяв кредит в банке, отмечает председатель Союза потребителей России Петр Шелищ.
Согласно Закону РФ «О защите прав потребителей», предложив товар с условием отложенной оплаты, продавец обязан информировать покупателя о полной сумме, подлежащей выплате, и графике погашения этой суммы. Но кто и как следит за выполнением этой нормы? Никто и никак.
«Вторая опасность, на которую указывает ЦБ, это не контролируемый им рост долговой нагрузки населения, – говорит Шелищ. – Если кредиты, выдаваемые банками, он отслеживает и может воздействовать на них (устанавливая обязательные для сектора требования), то объемы фактического кредитования покупателей продавцами через рассрочку регулятор не видит и рычагов влияния на ситуацию не имеет. И это создает новые риски: россияне с повышенной долговой нагрузкой, которым банки точно откажут в новом кредите, могут наращивать свои долги через покупки в рассрочку.
Угроза крайне серьезна. Полагаю, стоило бы законодательно обязать продавцов, использующих механизм рассрочки, информировать Банк России о таких продажах и покупателях».
В 95% случаев потребитель действительно имеет дело не с рассрочкой, а с кредитом, причем на самых невыгодных условиях. По словам старшего управляющего партнера юридической компании PG Partners Полины Гусятниковой, в магазинах часто можно встретить перечеркнутые ценники, по которым товары предлагаются якобы в рассрочку, при ежемесячных платежах в 500-1000 рублей. Но когда покупатель ее оформляет, выясняется, что это кредит с очень высокой процентной ставкой, иногда до 50% годовых и более. Чаще всего происходит так: платеж действительно оказывается в рамках суммы, указанной на ценнике, но рассчитан он на более длительный срок.
«Судебной практики по таким делам нет, – говорит Гусятникова, – поскольку, как правило, суммы не превышают нескольких тысяч рублей. Из-за них никто не станет судиться. При покупках на такие суммы потребители обычно особо не читают документы и только постфактум узнают, в чем дело. Поэтому защищать граждан необходимо».