Высокие пошлины мешают аграриям экспортировать пшеницу Поделиться
Небывалый, в 155 миллионов тонн, урожай зерновых в минувшем году поставил наших аграриев в тупик. Не привыкшие к установлению рекордов отечественные крестьяне теперь не знают, что делать с миллионами тонн пшеницы, ржи и ячменя. По данным агентства «Яков и партнеры» на складах и элеваторах скопилось «лишних» 26 миллионов тонн зерновых. И это проблема для всей отрасли. На обслуживание и хранение такого объема требуется потратить 260 миллиардов рублей. Аграриям взять таких денег неоткуда. Следовательно, надо искать покупателей на избыточную пшеницу на внешних рынках. А с этим сейчас тоже большие проблемы. «МК» разбирался в ситуации: что нам мешает экспортировать хлеб.
Как нам сообщили в Зерновом союзе России, экспорт урожая продолжается. С начала сезона (с 1 июля минувшего года до 31 января нынешнего) поставки зерновых составили около 35 миллионов тонн, в том числе 31 миллион по пшенице. Наш хлеб покупают в 30 странах мира. Значительно активизировался Египет: только в первую неделю февраля он завез 370 тысяч тонн пшеницы, в 10 раз больше, чем за аналогичный период прошлого года. Турция закупила в 2,5 раза. Активные отгрузки идут в ОАЭ, в Бангладеш и другие страны.
— В январе нынешнего года экспортировано 3,9 миллиона тонн зерновых, тогда как в январе 2022-го — 1,7 миллиона, — рассказала директор аналитического департамента союза Елена Тюрина, — В первые дни февраля тенденция сохраняется, по пшенице отгрузки увеличились в три раза: 765 тысяч тонн против 250 тысяч годом ранее.
Европейская пшеница 4-го класса торгуется по 323 доллара за тонну, российская продается со значительным дисконтом, в декабре и январе — со скидкой по 25-35 долларов за тонну.
Впрочем, эксперты полагают, что эти объемы могли бы быть и выше, однако поставки тормозят экспортные пошлины. Власть их применяет в качестве регулятора цен на внутреннем рынке, сдерживая аппетиты экспортеров. В начале февраля они установлены на уровне 63,7 долларов за тонну.
Экспортные пошлины оказывают большое влияние на наш внутренний рынок. Если мировые цены переваливают, допустим, за 200 долларов за тонну, пошлины в России устанавливаются (в среднем) около 60-70 баксов за тонну.
Это в буквальном смысле сумасшедшие деньги, их АПК не платил никогда. В разные годы бюджет изымал по 200-300 миллиардов рублей. По оценке экспертов, платежи от зерновиков в бюджет серьезно превышают субсидии, которые государство выплачивает им из своей казны.
При этом Минсельхоз обещает вернуть пошлины обратно хлеборобам к весне, чтобы те смогли подготовиться к посевной кампании. Закупить семена, минеральные удобрения, средства защиты растений, сельхозтехнику. В общем, все, что необходимо.
В идеале, наши хозяйства из года в год должны расширять производство и наращивать поставки продукции по экспорту. Но идеального в экономике ничего не бывает. Деньги, как правило, на село возвращаются. Но не тем, кто их заработал, то есть не хлеборобам. В АПК множество направлений, которые сидят на голодном пайке и ждут субсидий от государства. Это и молочное животноводство, и растениеводство, и картофелеводство…Вот, каждой сестре по серьге и достается, в том числе и зерновикам –но они делят эту самую пошлину с другими коллегами по отрасли.
В канун посевной 2022 года, по некоторым оценкам, зерновым хозяйствам вернулось только 15% от суммы пошлин. В результате они не закупили достаточных объемов средств защиты растений, удобрений.
Такая «экономия» отразилась на качестве урожая: аграрии собрали большое количество пшеницы 4-го класса – не самого лучшего для хлебобулочной промышленности.
Из-за рекордного урожая зерновых, цены для внутреннего потребителя установились совсем низкие, около 11,5 тысячи рублей за тонну. Так бывает всегда при перепроизводстве. При таких ценах окупить затраты хлеборобам крайне проблематично. Вот крестьяне и гадают: заниматься им этой культурой на следующий год или переключиться на что-то более стабильное и прибыльное. Словом, численность желающих выращивать хлеб уже нынешней весной может сократиться.
Но, как считает доктор экономических наук, главный научный сотрудник Центра агропродовольственной политики РАНХиГС Василий Узун, в пошлинах есть и «плюсы».
— Благодаря им стимулируется переработка зерновых, — говорит он. – Мы поставляем на мировой рынок, как правило, сырое зерно, а сейчас начинаем увеличивать экспорт муки. Италия не продает пшеницу, она поставляет готовые макароны и вермишель. Низкие цены на внутреннем рынке стимулируют рост производства продукции животноводства – свинины и птицы. Их мы тоже начинаем продавать в другие страны…
Вместе с тем, ученый считает, что механизм регулирования цен нуждается в совершенствовании.
— Странная получается ситуация. Экспортные пошлины снижают доходы зерновиков. А чтобы поддержать цены на внутреннем рынке, Минсельхоз проводит интервенционные закупки. То есть, одной рукой государство понижает цены, а другой повышает, — указывает эксперт.