Валютный выбор России напоминает брак по расчету Поделиться
На днях Центробанк сделал важный жест — сменил порядок курсов валют на своем сайте, поставив на первое место китайский юань вместо доллара. Шаг глубоко символичен: он означает смену приоритетов, ролей и ориентиров, существовавших в российской финансовой системе десятилетиями. Возникает вопрос: насколько полноценно в России юань заменил доллар?
В ментальном плане юань по-прежнему остается на обочине жизненных интересов россиян. Люди явно не спешат обзаводиться им в масштабах, сопоставимых с накоплениями в «токсичных» валютах. Да, юань достиг впечатляющих успехов на Московской бирже: за первые семь месяцев этого года объем спот-торгов (это процесс непосредственной покупки и продажи финансовых активов с оплатой «на месте») им достиг 18,3 трлн в рублях, что в 6,5 раза превышает показатель за аналогичный период 2022-го. В этом году юань стал лидером в валютных платежах российских бизнесменов: в нем отправлялось около 70% переводов, он востребован для работы с Китаем, Гонконгом и Сингапуром.
Велики достижения юаня и в российских государственных финансах. В 2023-м доля «китайца» в новой структуре Фонда национального благосостояния поднялась вдвое — до 60%.
Да, Минфин по новому бюджетному правилу с 13 января осуществляет покупку-продажу именно юаней для снижения зависимости бюджета от колебаний нефтяных цен. Да, доля юаней во внешнеторговых операциях РФ продолжает расти: по данным ЦБ, она достигла 25% в экспорте и 34% в импорте. Для сравнения: доля рубля составляет, соответственно, 39% и 30% в экспорте и импорте. А показатели «токсичных» валют (доллара и евро вместе) — 33% и 35%.
Зависимый статус
Однако при всех этих очевидных успехах говорить о «триумфальном шествии» китайской валюты по просторам глубинной России, по умам и кошелькам миллионов простых людей не приходится. Поскольку юань не является свободно конвертируемой валютой, использовать его в качестве основы для курсообразования рубля невозможно.
Вдобавок курс юаня жестко регулируется Народным банком Китая: Пекин заинтересован в его относительной слабости, поскольку это дает более высокие доходы при экспорте. У юаня нет шансов стать для россиян «новым долларом» (выражение директора департамента денежного рынка Мосбиржи Сергея Титова), пока более половины мировых расчетов идет в валюте США.
«У юаня есть четкое разделение на два рынка — оншорный (внутрикитайский) и офшорный (внешний), — поясняет директор Центра исследования экономической политики экономического факультета МГУ им М.В.Ломоносова Олег Буклемишев. — Поэтому с его оборотом и обменом зачастую возникают проблемы, связанные, в частности, с непрозрачностью текущих банковских счетов.
Стать мировой валютой из первого ряда юаню мешает зависимый статус китайского регулятора: за каждым действием НБК, при всем его несомненном профессионализме, маячат фигуры руководителей компартии страны.
Политические лидеры Китая в любой момент могут вмешаться в определение валютного курса и других монетарных параметров. Непредсказуемость курса — вот неоспоримый изъян юаня».
Юани в России по-прежнему не принято соотносить с курсом рубля, психологически это абсолютно не та валюта, на которую ориентируются широкие массы, уверен собеседник «МК». Копить «под подушкой» в виде наличных (которые есть далеко не во всех отделениях банков), открывать экзотические депозиты? Как-то не похоже, что население этим усиленно занимается, несмотря на «выгодные» (проценты по вкладам от 0,01 до 3,5%) предложения со стороны кредитных организаций.
Юань — отличная валюта для сырьевых экспортеров, классических «челноков» и отправляющихся в Китай туристов — как средство платежа. Допустим, вы продали там нефть, а оттуда привезли оборудование для нефтедобычи. В этом случае все торгово-платежные концы сходятся.
А как быть, скажем, физлицу с энным количеством наличных юаней на руках, который планирует отдохнуть не в Китае? Что он будет делать с юанями, непонятно: их мало где можно поменять в силу неконвертируемости, оплатить ими покупку за границами Поднебесной тоже не выйдет. Это валюта менее универсальная и ликвидная с точки зрения курсовой динамики и рисков. Скажем, за прошлый год она потеряла 17% стоимости относительно доллара.
«Доля юаня в международных резервах России составляет 20%, нигде в мире такого высокого показателя нет. Тотальная юанизация экономики — процесс вынужденный и во многом контрпродуктивный, — рассуждает Буклемишев. — Чиновники, ратующие за переход на расчеты в нацвалютах, видимо, не до конца отдают себе отчет в том, что это усиливает нездоровую зависимость нашей страны от Пекина, от его финансовых интересов — по причине несопоставимых (не в нашу пользу) размеров двух экономик, большего веса юаня в мире. В силу сложившихся геополитических обстоятельств и санкций Китай определенно нужнее нам, чем мы ему».
Зеркало для доллара
Юань — де-факто валюта развивающейся страны. Ее можно назвать и региональной, например, сегодня расчеты с Индией за энергоносители идут в юанях вместо совсем уж невостребованных рупий. И то, что роль «китайца» в России настолько возросла за сравнительно короткий срок, — сценарий именно вынужденный, от безысходности, отмечает финансовый аналитик Сергей Дроздов.
Когда весной 2022-го ЦБ ввел ограничения на снятие со счетов долларов и евро наличными (не более 10 тысяч на руки, остальное — в рублях по внутрибанковскому курсу), население стало активно покупать юани (за прошлый год — на сумму в 138 млрд рублей), но этот всплеск активности с его стороны продлился недолго.
Если бы Запад не отключил российские банки от SWIFT, а геополитическая обстановка не изменилась самым радикальным образом, никто из физлиц в сторону юаня и не посмотрел бы, уверен эксперт. Конечно, для частных предпринимателей, торгующих с Китаем, он нужен: его проще и безопаснее хранить на счетах, а переводы в долларах крайне затруднены. В ряде случаев принимать к оплате юани соглашаются и коммерческие партнеры россиян в Латинской Америке. Например, производители мяса в Бразилии.
«Сейчас, когда курс доллара опять приближается к отметке 100 рублей, люди как-то не горят желанием вкладываться в китайскую валюту, — констатирует Дроздов. — Тем более что в феврале-марте прошлого года, на волне панических настроений, некоторые умудрились купить ее по курсу 20 рублей за юань (сегодня — 13,2) и в итоге сильно прогадали».
Парадокс юаня в следующем: хотя эта валюта и не свободно конвертируемая (действуют жесткие ограничения по притоку и оттоку капитала со стороны НБК), но резервная. То обстоятельство, что она входит в состав корзины SDR (резервных валют) МВФ, дает центральным банкам возможность делать валютные накопления в юанях. И нашему ЦБ это делать необходимо, считает ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников.
Выбор в пользу юаня в целом понятен и оправдан. Во-первых, Китай — крупнейший партнер России: двусторонний товарооборот за январь–июнь этого года увеличился на 40,6% по сравнению с аналогичным периодом прошлого, до $114,54 млрд. Во-вторых, юань выполняет роль зеркала, в котором отражается доллар, традиционно его курс колеблется в пределах плюс-минус 2% относительно «зеленого». Однако есть и неприятные моменты. В частности, сегодня юань слабеет на мировом валютном рынке, поскольку экономика КНР замедляется (в 2022 году ее ВВП вырос на 3% вместо ожидавшихся 5,5%), нарастают риски, связанные с торговым и платежным балансом, а также с предельно закредитованным рынком недвижимости, с огромной массой плохих долгов на балансах банков.
Рубль вне конкуренции
«Надо понимать, — говорит Масленников, — что «роман» России и юаня является локальной историей: глобально позиции доллара в системе международных расчетов только усиливаются. В июле, согласно последнему отчету по SWIFT, его доля выросла до 46% с июньских 39%. Юань поднялся чуть выше 3%, прежде всего за счет наращивания объемов торговли с РФ.
На нашем валютном рынке он очень активно используется: сегодня по биржевому обороту «китаец» идет вровень с долларом, тогда как в начале года уступал тому в объемах почти в десять раз. Периодически возникает дефицит свободной юаневой ликвидности, которая нужна прежде всего промышленным предприятиям, перешедшим на китайские аналоги в импорте машин и оборудования. Проблема дисбаланса во внешней торговле остается. В частности, в структуре дружественных валют у нас траты на импорт превышают поступления от экспорта в долларовом эквиваленте примерно на $1,5 млрд в месяц».
Что касается банковских вкладов физлиц, тут по-прежнему вне конкуренции рубль. По словам Масленникова, доля депозитов в долларах и евро сократилась за год примерно вдвое — с 12% до 6%, тогда как доля депозитов в «нетоксичных» валютах (юань, армянский драм, дирхам ОАЭ, турецкая лира) выросла до 4%. Причем юани составляют больше половины из этого объема.
Спрос на юаневую наличность по-прежнему достаточно умеренный: эти купюры нужны лишь тем, кто летит в Китай, и держать их «под подушкой» целесообразно лишь в качестве спекулятивного актива. Наличных долларов на руках у населения порядка 90 млрд, юаней в десятки раз меньше.
Продав один юань по сегодняшнему курсу, вы получите 12–13 рублей, а за доллар — 96. Кроме того, рассуждает Масленников, китайская валюта есть в наличии далеко не везде — лишь в тех банках, которые обслуживают торговые операции россиян с партнерами в КНР.
Инвестиционный консультант компании «Финам» Тимур Нигматуллин не советует россиянам связываться с китайской валютой. По его словам, намного надежнее держать деньги на рублевых депозитах: по ним и ставки высокие, и риски низкие. А если доходность не устраивает, можно рассмотреть вариант с ценными бумагами: к примеру, купить полностью защищенные от санкций суверенные российские еврооблигации в долларах. Там нет налога на валютную переоценку, доходность в районе 6%, платят в рублях по курсу ЦБ.
Нигматуллин напоминает: юань можно тратить только в Китае, и к нему нет такого доверия, как к полноценным резервным валютам, поскольку НБК не занимается полноценным таргетированием инфляции. «Вообще непонятно, что делает: то ли курс таргетирует, то ли инфляцию, то ли стимулирует экономику. Цели размытые, обусловленные отсутствием свободы движения капитала», — говорит аналитик.
Итак, на сегодняшний день юань нужен государству, бизнесу, банкам, ЦБ и Минфину. Но не российскому населению! По понятным причинам делать заначку из неходовой валюты, подходящей скорее для диверсификации, чем для полноценного сбережения средств, бессмысленно.
Несмотря на усилия властей по дедолларизации, юань остается лишь инструментом расчетов для корпоративного сектора и способом наживы у биржевых спекулянтов. Главный, самый жирный минус «китайца» — его нерыночный характер, резко сужающий для людей спектр применения. К слову, даже сам Китай использует юань лишь в четверти международных торговых сделок. Россия же выбрала его не от хорошей жизни: заморожена львиная доля золотовалютных резервов, операции с долларами и евро перешли из разряда супернадежных в высокорискованные, вклады в «токсичных» валютах перестали приносить доход банкам. Однако прививка юанем, сделанная стране в 2022 году под давлением обстоятельств непреодолимой силы, дала весьма спорный конечный эффект, несмотря на мощнейшую дозу. Эта история явно не из разряда «стерпится — слюбится».