Замороженные с обеих сторон ресурсы имеют разную ликвидность Поделиться
Любые действия с российскими активами на Западе получат симметричный ответ. У нас заморожено тоже не меньше, заявил глава Минфина Антон Силуанов. Никакой конкретики министр в свое заявление не добавил, оставив право экспертам гадать, какие ответные шаги он имеет в виду. Тем более что никакой симметричности здесь не может быть изначально: активы отечественного ЦБ, заблокированные в странах G7, и иностранные активы, «застрявшие» в России, имеют разный формат и степень ликвидности.
Фото: duma.gov.ru
Напомним, после начала спецоперации на Украине Евросоюз и страны G7 заморозили около $280 млрд активов российского ЦБ — как в виде денежных средств, так и ценных бумаг. Около €200 млрд находится в ЕС, в основном на счетах бельгийской Euroclear (одного из крупнейших в мире депозитариев). На них бельгийский депозитарий только за девять месяцев прошлого года заработал около €3 млрд. В начале февраля Брюссель утвердил механизм, который предусматривает использование налогов на доходы (windfall tax) от замороженных российских активов на помощь Украине.
Открытым остается вопрос полной конфискации активов ЦБ РФ: на таком решении настаивают Лондон и Вашингтон, а в Париже и Берлине этот шаг считают излишне радикальным. По оценкам экономистов, он ударит по интересам мировых центральных банков, поскольку речь идет о деньгах, которые вложены в государственные облигации, номинированные в евро, долларах и британских фунтах.
Заявляя о неизбежности симметричного ответа, Антон Силуанов имел в виду сумму, сопоставимую с замороженными на Западе отечественными $280 млрд. Речь идет о $288 млрд — таков объем прямых инвестиций в экономику РФ Евросоюза, G7, Австралии и Швейцарии на конец 2022 года. При этом, с учетом запрета на вывод недружественными нерезидентами средств из страны, цифра могла существенно вырасти из-за перевода на счета типа «С» (куда входят и обязательства по дивидендам). По странам расклад такой: Кипр инвестировал в российскую экономику $98,3 млрд, Нидерланды — $50,1 млрд, Германия — $17,3 млрд, Франция — $16,6 млрд, Италия — $12,9 млрд. У нейтральной Швейцарии объем вложений составил $28,5 млрд, у Великобритании — $18,9 млрд (по информации на конец 2021 года), у США — $9,6 (по информации на конец 2022-го), у Японии — $4,6 млрд.
По сути, львиную долю суммы в $288 составляет стоимость объектов производственной инфраструктуры западных компаний в России, созданной до 2022 года. Это здания, цеха, оборудование, транспортные пути, инженерные системы, и так далее, отмечает ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. Что касается счетов типа «С», там по самым общим подсчетам накоплено лишь порядка $6-7 млрд. Это, в частности, замороженные дивидендные выплаты по акциям, купоны по корпоративным и государственным облигациям. Пока ясно одно: Москва не станет платить западных бизнесам, покинувшим РФ, за некогда построенные теми мощности. То есть вложенные деньги им не вернутся.
«В заявлениях российских финансовых властей есть определенная доля лукавства, — считает член наблюдательного совета Гильдии финансовых аналитиков и риск-менеджеров Александр Разуваев. — Заблокированные Западом активы ЦБ — это, в основном, живые деньги, а также депозиты и облигации, которые можно моментально перевести в кэш. А у нас средства нерезидентов вложены, во-первых, в собственное производство на территории РФ, во-вторых, в голубые фишки (акции) крупных российских компаний, по которым по-прежнему выплачиваются дивиденды. То есть по ликвидности эти активы несопоставимы, и наша позиция явно хуже для «симметричного» ответа».
Теоретически, рассуждает Разуваев, государство может сделать западную собственность своей, провести массовую национализацию (назначив на предприятиях временную администрацию), а потом распродать внутри страны все эти предприятия дружественным инвесторам. Такой сценарий, например, реализовался в Иране в ходе Исламской революции 1979 года. Однако найти покупателя будет очень-очень сложно — по причине неудовлетворительной ликвидности активов. Да и фондовый рынок пострадает: когда все эти голубые фишки заполонят Мосбиржу, про рост котировок можно будет надолго забыть, считает Разуваев.