Биткоин становится государственным финансовым резервом: пока в США. На очереди Россия Поделиться
После подписания президентом США Дональдом Трампом указа о создании стратегического резерва криптовалюты, биткоин подешевел на 5%. Как сообщил Bloomberg, инвесторов разочаровали некоторые положения обнародованного документа. Не понравилось участникам рынка то, что для формирования резерва будут использоваться только конфискованные биткоины. Тратить бюджет США на покупку этих криптомонет не планируется. И тем не менее, решение Трампа вызвало волну обсуждений в соцсетях о необходимости создания государственных крипторезервов. Стоит ли России брать пример с США и нужно ли нашим гражданам для спасения сбережений от инфляции вкладываться в криптовалюту, как когда-то они скупали доллары, «МК» рассказали эксперты.
Фото: Fernando Gutierrez-Juarez/dpa/Global Look Press
Нужен ли России свой крипторезерв?
Олег Огиенко, заместитель генерального директора по коммуникациям BitRiver:
«Формирование криптовалютного резерва из-за недавних заявлений США — фактически усиливающаяся тенденция этого года на мировом финансовом рынке. Центробанк Чехии в январе 2025 года выступил с открытым предложением образовать биткоин-резерв на сумму около $7,3 млрд (5% объема госрезерва страны). На сегодня стратегический резерв в биткоине уже имеется в Сальвадоре в размере свыше 6 тыс. биткоинов, Правительство Бутана через государственную инвестиционную компанию Druk Holdings также обладает де-факто резервом из криптовалют, в составе свыше 10,6 тыс. биткоинов и иных криптоактивов.
В России, на мой взгляд, создание криптовалютного резерва может состояться на горизонте трех лет, когда в стране будут созданы регуляторные условия для этого. Сначала должна быть внедрена и регламентирована защищенная инфраструктура для хранения и иного обращения цифровых валют внутри страны. Она уже появляется, но пока в закрытом контуре.
Тем не менее, финансовая система страны за счет формирования таких резервов может получить дополнительный импульс своей модернизации с применением сквозных технологий. И это, безусловно, позитивный сигнал для бизнеса и граждан. Гонка за цифровые ресурсы между Россией, США и другими ведущими экономиками мира продолжает набирать обороты».
Александр Пересичан, генеральный директор Tehnobit:
«Для крипторезерва лучше подойдут наиболее стабильные и устойчивые монеты. Пока такое можно сказать только про биткоин. Тот факт, что Трамп назвал другие криптовалюты, несколько удивляет, но в целом это может быть связано с тем, что большинство названных им криптовалют были созданы американскими компаниями и командами. Для России такие монеты не представляют собой некие надежные активы в силу политических рисков. Наиболее децентрализованная и наименее подверженная цензуре криптовалюта — это биткоин.
Но надо ли создавать крипторезервный фонд — вопрос открытый. На мой взгляд, если и стоит создавать такой фонд, то следует держать это решение в секрете, так же как сейчас проводятся эксперименты с трансграничными платежами криптовалютой в рамках экспериментально-правового режима (ЭПР) под руководством ЦБ РФ. Потому что любые биткоины, побывавшие в таком фонде, будут явно помечаться западными сервисами как рисковые и «грязные», так как будут связаны с «подсанкционными» кошельками. А сомнений в том, что кошельки такого фонда быстро станут известны западным спецслужбам, не возникает».
Сергей Безделов, директор Ассоциации промышленного майнинга:
«В свете недавнего заявления президента США Дональда Трампа о создании криптовалютного резерва, широкая аудитория обсуждает идею создания аналогичного резерва в России. Эта тема уже поднималась и в прошлом году. В декабре 2024 года депутат Государственной Думы Антон Ткачев, предложил главе Минфина РФ Антону Силуанову создать стратегический резерв биткоина. Необходимость создания такого резерва парламентарий объяснил тем, что резерв в биткоинах не подвержен блокировки из-за возможных санкций, криптовалюта помогает в проведении трансграничных переводов, отсутствует возможность инфляционного размытия биткоина.
Начинать рассматривать криптовалютный резерв стоит с первой криптовалюты — биткоина. Министр торговли США Говард Латник заявил, что биткоин будет рассматриваться отдельно от остальных криптовалют в модели стратегического крипторезерва США.
Использование криптовалюты, такой, как биткоин, может помочь России диверсифицировать свои активы и снизить зависимость от традиционных валют — доллара и евро».
Алексей Зюзин, генеральный директор Crypto Summit:
«Если рассматривать гипотетическую возможность создания крипторезерва в России, то ориентироваться стоит исключительно на биткоин. Это первая и уникальная по своей природе монета. Она полностью децентрализована. У проекта нет «представителей», которых можно привлечь к ответу при необходимости. Биткоин пережил много ударов судьбы и выжил, что доказывает жизнеспособность проекта и потребность участников рынка в таком инструменте.
Нужен ли РФ крипторезерв — вопрос открытый. Не думаю, что государственные деятели, большинство из которых почтенного возраста и вряд ли понимают суть крипты, обрадовались бы такой идее. При этом перспективы дальнейшего роста биткоина, которые во многом заложены благодаря ограниченной эмиссии криптовалюты и потребностью инвесторов в альтернативных инструментах, могли бы стране помочь наполнить казну».
В чем минусы крипторезервов в валюте?
Сергей Безделов:
«Стоит помнить о высокой волатильности криптовалют. Скажем, заместитель министра финансов РФ Владимир Колычев заявил, что Минфин не рассматривает криптовалюту в качестве актива для Фонда национального благосостояния (ФНБ) по этой причине».
Алексей Зюзин:
«Главный минус крипторезерва — в непредсказуемости поведения рынка цифровых активов. Сегодня сеть биткоина работает стабильно, но какие «подводные камни» могут поджидать инвесторов в будущем — неизвестно.
Россия уже активно использует криптовалюту для обхода санкций. Проблема в том, что часто речь идет о крупных транзакциях, которые попадают под прицел аналитиков. Поэтому отследить сегодня нежелательные переводы и при необходимости заморозить их — не проблема. И делать это могут не только США».
Александр Пересичан:
«Минусы очевидны — из-за высокой волатильности резервный фонд в криптовалюте нельзя рассматривать как способ сохранения стоимости активов. Он может, конечно, вырасти в цене в долгосрочной перспективе, но высок риск и обесценивания в среднесрочной перспективе части активов. Особенно если в фонд будут входить альткоины, а не только биткоин. Плюсы тоже есть: такой фонд укрепит лидерство страны в области цифровых финансов. Если на федеральном уровне в стране существует крипторезервный фонд, то инвесторы институционального уровня будут охотнее вкладываться в криптовалюты и связанные с ними активы».
Может ли помочь криптовалюта в обходе санкций для России, если США делает её частью своих резервов?
Сергей Безделов:
«Одним из ключевых вопросов остаётся возможность обхода санкций с помощью криптовалют. Хотя, криптовалюты и предоставляют определённую анонимность, американские и международные регуляторы усиливают контроль над криптосферой. Таким образом, хотя криптовалюты предлагают некоторую гибкость, они всё же остаются уязвимыми перед мерами международного финансового надзора.
Например, 6 марта 2025 года криптобиржа Garantex приостановила свою работу. Официальная причина: компания Tether заблокировала кошельки биржи, в которых находится порядка 2,5 млрд рублей. Garantex называет действия Tether «войной против российского крипторынка» и обещает «бороться и не сдаваться».
По словам депутата Государственной Думы РФ Антона Горелкина, это не первый и не последний случай, когда западные страны оказывают давление на различные элементы криптовалютной инфраструктуры, преследуя политические цели. Проще всего делать это в отношении централизованных криптовалют. Также парламентарий отмечает, что полностью заблокировать этот рынок для России невозможно. Криптовалюты останутся одним из самых эффективных инструментов обхода санкций. Создание криптовалютного резерва биткоина, по нашему мнению, обладает большим количеством плюсов, нежели минусов».
Тимур Аитов, председатель комиссии по финансовой и информационной безопасности Совета Торгово-промышленной палаты (ТПП) РФ:
«Напомню, что блокчейн уже не позволяет скрывать наполнение конкретного счёта. Заинтересованные структуры научились определять количество биткоинов на счетах тех или иных лиц, а если зафиксированы участки вывода крипты в фиатные (реальные) деньги, то они умеют точно определять владельца конкретного счета (аккаунта).
Сторонники крипты, конечно, напомнят, что уже создан полностью анонимный блокчейн, в котором никто в принципе не узнает кто, кому и сколько переводил, кроме получателя и отправителя. Но, увы, анонимный блокчейн не для биткоинов — их основные тайны раскрыты. Крипта фактически не является ни средством сокрытия сбережений, ни способом сокрытия самих сделок: все крупные события на этот счёт прослеживаются.
Создавать ли на какие-то резервы в крипте — пусть Минфин решает. Он же и ответит за их пропажу или блокировку монет, если случится какой-то инцидент. Напомню, что Lasarus group умудрились украсть крипту у Bybit с «холодного» (отключенного от интернета) кошелька и «отмыть» её. После этого, думаю, многие полностью потеряли веру в «полностью анонимный блокчейн». При этом 27 февраля, ФБР США заявило, что , по его данным, кражу криптовалюты почти на полтора миллиарда долларов с биржи Bybit на прошлой неделе совершили хакеры, связанные с властями Северной Кореи. Если это правда, то такой факт заставляет задуматься, насколько в принципе возможно обеспечение безопасности хранения средств в криптовалюте».
Александр Пересичан:
«Отследить криптопереводы можно и сейчас. Любой человек, знающий адрес кошелька отправителя и получателя, может проверить, был ли между ними совершен перевод или нет. Основная задача — определить, кому принадлежат кошельки. Но и с этой задачей AML-сервисы справляются. Криптовалюта не может помочь обходить санкции. Она может помочь проводить платежи, которые зависают из-за отказа банков-корреспондентов проводить платежи, часто вообще никак не связанные с санкционными компаниями. Но есть несколько «но». Во-первых, объем крипторынка пока несопоставим с традиционными финансами, и получать оплату за поставки нефти или газа в криптовалюте незаметно на крипторынке не получится — это огромные суммы, которые сразу будут замечены. Во-вторых, чтобы заплатить за что-то в биткоинах, надо сначала купить эти биткоины. А где и как можно приобрести такое количество биткоинов, чтобы можно было платить ими за многомиллиардные контракты? Напомню, вся капитализация биткоина оценивается в $1,8 трлн. Между тем, стоимостный объем импорта нефти из РФ в Китай (крупнейший импортер российской нефти) оценивается в 2024 году в $60,2 млрд. Любые переводы свыше $1 млрд в блокчейне привлекают к себе внимание».
Надо ли брать гражданам делать свою «подушку безопасности» из криптовалюты, как раньше делали её из долларов и евро?
Алексей Зюзин:
«Криптовалюта — высокорискованный актив. Неизвестно, что будет с рынком цифровых активов в будущем. Впрочем, ровно также неизвестно, что будет с рынком акций и другими инструментами. При принятии инвестиционных решений всегда нужно делать ставку на диверсификацию. Не складывайте все «яйца в одну корзину». Часть накоплений стоит держать в классической крипте, такой, как биткоин. С учетом валютных ограничений в РФ удобной альтернативой долларам стали стейблкоины».
Тимур Аитов:
«Что касается «подушки безопасности» для конкретных граждан в криптовалюте, то она, конечно, не помешает, как и любая другая «финансовая подушка». Риски здесь больше, чем у вкладов в банке, но они есть во всём: банк тоже может лишиться лицензии и вы получите 1,4 млн рублей на руки, что на самом деле очень обидно, если у вас на счетах было гораздо больше денег. В тяжёлую минуту пригодится всё, но надеяться только на одну крипту не следует, тем более её всё чаще воруют. Криптовалиюта — это всё-таки технологически сложный инструмент и он подходит не всем. Напомню также, что криптовалюты считают активами, то есть их можно арестовать или изъять по решению суда».