Почему на прилавках не хватает отечественных помидоров и огурцов Поделиться
По данным Россельхознадзора, в минувшем году импорт овощей в Россию увеличился на 9,9% — до 1,7 млн тонн. Хорошая новость здесь в том, что поставки увеличили дружественные нам страны, протянули, так сказать, руку помощи. В остальном гордиться нечем. Раз мы не можем сами себя обеспечить картошкой и морковкой, значит, в программе импортозамещения что-то явно пошло не так.
Надзорное ведомство отмечает, что ввоз томатов вырос до 480 тысяч тонн – против 417 тысяч в 2023 году. В основном этой продукцией нас поддержал солнечный Азербайджан. Лук и чеснок (334 тысячи тонн) поступили из Казахстана. Капустой к борщевому набору обеспечил дружественный нам Узбекистан, увеличивший поставки этой культуры почти в 3 раза по сравнению в 2023 годом. Перец, кабачки, морковь, редис, салаты и свекла прибыли к нам из Белоруссии, Китая и Ирана. В общем, с миру по нитке…
Вся прошлогодняя инфляция, которая в буквальном смысле зашкаливала, проходила под знаком дорожающих овощей, что стало шоком для россиян. Даже в сентябре, когда началась массовая уборка урожая, картошка и корнеплоды показывали ценовой рост. По данным Росстата, клубни в 2024 году подорожали на 90,5%, капуста на 42,6%, лук репчатый на 46,5%, свекла на 32%, огурцы на 22%…
С огурцами, кстати, вообще интересная история. Считается, что по ним мы полностью импортозаместились. И это действительно так: в стране появилось много круглогодичных теплиц, где они выращиваются в зимний период. Но дело в том, что зимой, когда короткий световой день, отечественные огурцы закрытого грунта по себестоимости получаются гораздо дороже, чем импортные из Турции или Азербайджана. Потому большая часть тепличных комбинатов зимой овощи не выращивает. Зачем тогда строить для них капитальные сооружения? Чтобы потом заключать контракты на импортный завоз?
Заметное увеличение закупок овощей аграрный аналитик Александр Корбут связывает с несколькими факторами. С одной стороны, мы не до конца еще импортозаместились. А с другой, выросли доходы населения, люди стали покупать больше.
— Когда спрос вырос, оказалось, что внутреннего предложения недостаточно, — поясняет он. — Хотя по многим культурам мы действительно продвинулись вперед. Например, помидоров не закупаем по 1 миллиону тонн, как раньше. Да и морковка в магазине стоит не 100 рублей за килограмм. Хотя такое бывало, причем не так давно. Ну а если своими силами удовлетворить спрос не можем, расширяется география импорта.
— Как такие поставки отражаются на ценах?
— Конечно, продукция дорожает. К тому же в минувшем году существенно ослабился рубль, вот по цепочке все цены и потянулись вверх.
— Однако в предыдущие годы и картошка, и лук у нас стоили копейки. Что будет дальше?
— У низких цен длинные «хвосты». Прежде всего это низкие доходы крестьян. Чем они опасны? Производители вынуждены упрощать технологию производства, которая в определенной степени нивелирует плохие погодные условия, какие были в минувшем году. Упрощается технология – сокращается урожай. И в итоге получается дефицит, мы вынуждены расширять импорт. Здесь вопрос к государству. Оно должно заботиться не только о ценах на прилавке, но и о доходах сельхозпроизводителей, чтобы они не сокращали посадочные площади.
— Но нынешней весной аграрии посадят овощей достаточно? Ведь сегодня цены для них более чем рентабельные…
— Радикального расширения производства не будет. Это очень большие затраты на гектар. Плюс хлопоты по трудовым ресурсам, особенно в период уборочной кампании. А где-то и в посевную. Посадить помидоры или огурцы – не значит разбросать семена по полю. В каждую лунку нужно посадить кустик рассады. Требуются люди, только где их взять?
— Картошку сажают механизированным способом, а она подорожала почти в два раза по сравнению с 2023 годом!
— Посмотрите на нее в торговых сетях. Значительная часть в рознице – это клубни, которые не имеют никакой подработки: и немытые в контейнерах, и нефасованные. Но цена в магазине в два раза выше отпускной цены у производителя. Вот где происходит это удвоение цены?
— В магазине, естественно…
— По пути клубней в торговлю есть еще некие посреднические звенья. Государство ограничивает наценки на товар у крестьян и в торговле, требует 5% или даже нулевых значений. Но что происходит между полем и прилавком? Посредине между этими пунктами кипит совсем другая жизнь, которая и выкачивает из наших карманов деньги.
— Вы говорите, что мы не до конца импортозаместились. Какие культуры имеете в виду – неужели картошку?
— По ней ситуация неплохая. В основном мы импортируем раннюю. У нас в марте уже мало что сохраняется пригодным для продажи, а в Египте начинают собирать урожай молодого картофеля. На мой взгляд, у нас острая нехватка современных овощехранилищ. В результате мы не можем сохранить урожай до лета без потери его качества. Получается, что ресурсов много, а весной овощи идут на откорм поросят или сбрасываются в близлежащие овраги.