Мнение Уголь — Китаю, олигархам — закон Арест владельца шахты «Листвяжная» может означать полное переформатирование отрасли Михаил Щипанов
Одиннадцать лет назад расследование трагедии на шахте «Распадская» не пошло выше уровня, что называется, стрелочников. Да и те попали под разного рода амнистии. Но вот превращение шахты «Листвяжная» в братскую могилу для 51 шахтёра и спасателя повлекло за собой впервые в постсоветской истории арест не только наёмных менеджеров, но и реального владельца, носящего гордое звание Героя Кузбасса. Михаил Федяев, любимец ещё Амана Тулеева и отец бессменного депутата Госдумы от, естественно, шахтёрского края, пытался сохранить лицо, красиво выразил готовность понести любое наказание. Но словесное «противоядие» пока не сработало, и деятелю из списка Forbes действительно грозит реальный срок. А его активам, возможно, деприватизация.
Примечательно, что задержание Федяева случилось в период подготовки телепереговоров Владимира Путина и Си Цзиньпина. Совпадение? Не думаю. Ведь, как стало известно, стороны посвятили немало времени обсуждению энергетических проблем. Что было особенно актуально в свете попыток Запада навязать свою энергетическую повестку с претензией на подчинение остального мира своим контрольным стандартам «зелёной революции». Тем более что Китай не собирается в ближайшей перспективе отказываться от угля, ограничивая свой экономический рост. В КНР не просто почти на 50% увеличили закупки нашего угля, но и активно накапливают резервы чёрного золота. На случай, если, к примеру, Австралия под нажимом Вашингтона начнёт ограничивать свой угольный экспорт в Поднебесную.
К слову, в последнее время российские власти прилагали немалые усилия для увеличения нашего угольного экспорта, обеспечивая прежде всего транспортную составляющую таких поставок. Тут и расширение подзабытого вроде БАМа, и строительство нового угольного терминала в Находке, которое вызвало, однако, протесты местных экологов. Но погоня за длинным экспортным долларом во многом, как считается, и привела к тому, что наши угольные бароны стали активно пренебрегать техникой безопасности ради быстрых барышей. Последовала цепь происшествий на шахтах, самым громким из которых стал взрыв метана на «Листвяжной». Сложилась неприемлемая для страны и отрасли ситуация, которая выявила и явную коррупционную составляющую в работе контролирующих органов. Сейчас счёт не замеченных прежде недочётов в организации работы на «Листвяжной» идёт на сотни.
В результате государству, видимо, придётся усиленно вникать уже в сам процесс производства, определяя и статус собственности угольных бассейнов. Кстати, вот ещё одно совпадение: Роман Абрамович решил выделить свои угольные активы в самостоятельную структуру. Причём, как замечено, завершение юридической стороны дела также совпало с важными российско-китайскими переговорами.
Ясно, что роль государства может усиливаться в отрасли по-разному. Речь может идти и о деприватизации через протест прокуратуры, вскрывшей разного рода нарушения в самом процессе приватизации. А может, основой станет государственно-частное партнёрство. В любом случае удар будет нанесён и по тотальной офшоризации, и по позициям прозападного лобби в наших энергетических структурах. А уровень прозрачности в важнейшей экспортной отрасли возрастёт кратно.
И в этой связи исход дела угольного олигарха Михаила Федяева особенно интересен. Это «меченый атом», который позволит реально судить о воле и решимости государства покончить с угольной коррупционной анархией. Тем более что на подходе законы, ещё более ужесточающие ответственность собственников и за нанесение ущерба окружающей среде и, тем более, за человеческие жизни. Социальная ответственность бизнеса приобретает вполне конкретные законные очертания. Пусть и припорошённые угольной пылью.