Россия находится на пороге топливного кризиса Поделиться
Похоже, Россия оказалась на пороге полномасштабного топливного кризиса. На многих АЗС полностью пропал 95-й бензин; в Крыму, Хабаровской области и Приморье водители выстраиваются в многочасовые очереди для пополнения баков, зачастую безрезультатно. Цены — биржевые и розничные — лезут вверх, как сорняки после ливня. Власти пытаются реагировать: вице-премьер РФ Александр Новак проводит одно совещание по бензиновой ситуации за другим. Но пока предлагаемые правительством меры не приносят ожидаемого результата напряжение на топливном рынке страны растет.
тестовый баннер под заглавное изображение
В Приморье биржевая стоимость бензина АИ-95 с начала года выросла на 30%, превысив 100 тысяч рублей за тонну. При этом объемы продаж с двух НПЗ, откуда идут основные поставки в регион, — Комсомольского и Ангарского, снизились за семь месяцев на 25-57%.
На АЗС средний ценник на бензин в августе в целом по стране составил 61,7 рубля за литр. Стоимость с начала года, как сообщает Росстат, увеличилась на 5,7%. Что выше средней инфляции за январь-июль, которую удалось удержать в пределах 4,2%. Но такая ценовая динамика — это сегодня далеко не главная проблема. Ею становится нехватка топлива для рядовых потребителей, которая охватывает всё больше субъектов и приобретает все более неприятные формы. Например, администрации Курильского района Сахалинской области пришлось ввести лимит на продажу — там с 20 августа в одни руки отпускается не более 10 литров. Каким будет следующий шаг? Талоны на бензин?
Понятно, что лето для сырьевой отрасли — особая, сверхгорячая пора. В июне-августе из-за сельскохозяйственных работ и отпускного, туристического ажиотажа, плановых ремонтов на НПЗ (к которым сейчас добавились срочно-внеплановые) нефтепродукты извечно дорожают, а спрос на них растет. Но проблема имеет куда более глубокие корни, а решается государством исключительно в ручном режиме, «пожарными» методами. В основном путем блокировки экспорта или увеличения нормативов биржевых продаж.
Одни и те же кризисные сюжеты повторяются из года в год, а системных мер мы так и не видим, отмечает ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. В частности, по его словам, требует доналадки механизм топливного демпфера, в силу громоздкости не вполне гибко реагирующий на краткосрочные изменения на рынках. Именно этот механизм призван сдерживать рост цен для потребителей на автозаправках. Но в нем не предусмотрены отдельные расчеты для бензина марок Аи-92 и АИ-95, цены берутся «валом» по все категориям. Кроме того, у нас недостаточно развита инфраструктура хранения и транспортировки нефтепродуктов, поскольку отсутствует долгосрочная стратегия развития топливного рынка.
— Сейчас в масштабах Центральной России и всей страны нет физического дефицита бензина, но мы быстро приближаемся к этой опасной грани, — рассуждает в беседе с «МК» эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков. — Мораторий на экспорт не решает вопрос: в среднем по году 90% (а летом — все 100%) произведенного бензина идет на внутренний рынок, и только 10% — зарубежным покупателям. Сегодня риски усиливаются из-за внеплановых ремонтов НПЗ: нефтяные компании несут дополнительные затраты, кроме того, с 2022 года эти работы обходятся им дороже, поскольку часть оборудования приходится завозить по параллельному импорту, какая-то техника вообще недоступна. Чтобы компенсировать эти расходы, они повышают цены.
Но важнее фундаментальные, постоянно действующие факторы. К ним относится проблема топливного демпфера. Дело в том, что в первом полугодии выплаты в рамках механизма фиксирующей надбавки (по демпферу) сократились примерно на 40% год к году — вслед за падением цен на нефть ниже $70 за баррель. К тому же заметно укрепился рубль. Напомню, формула демпфера — это, по сути, налоговый вычет (обратная выплата нефтяным компаниям из бюджета части их налогов). Он покрывает разницу между ценой на мировом рынке и той ценой, которую государство хочет видеть на внутреннем. И вот сейчас компании хотят недополученную, как они считают, выручку добрать с внутреннего рынка. Их стратегия заключается в том, чтобы продавать бензин через биржу по высокой цене, но не превышая обозначенный правительством порог среднемесячных котировок. В противном случае они лишатся выплат по демпферу.
— Но разве в этом случае они не вступают в конфликт интересов с властями?
— Вступают. Но, поскольку спрос сейчас очень большой, топлива в августе потребляется много, у нефтяников почти не остается излишков для дополнительных продаж именно через биржу. Ей насыщения не происходит, и для производителей нет никакого смысла сдерживать рост цен, впрочем, до известного предела. Ситуацию усугубляют сезонный фактор: в июле-августе производство топлива не поспевает за пиковым в этот период спросом. Люди в отпусках, идет вал автомобильных поездок по стране. При этом у нас почти не вводятся дополнительные мощности. Максимум, что происходит, — это рост выпуска на старых, иногда модернизируемых заводах. Например, в Приморском крае так и не был реализован план строительства нового НПЗ, таких отраслевых предприятий там мало. Проблему дефицита государство привыкло решать путем снижения тарифов на перевозку нефтепродуктов по железной дороге из других регионов.
— А что происходит в Крыму?
— Крымская специфика в следующем: там в рознице присутствуют только независимые АЗС, вертикально-интегрированных компаний (ВИНКов) нет. Им приходится покупать бензин на бирже по высоким ценам, и это общая сложность для таких автозаправок, не только крымских. А для сбытовых ВИНКов, представленные в других регионах, всё намного проще: они и продают, и покупают топливо не через биржу, а напрямую, у своих перерабатывающих подразделений, по более низкой стоимости. Поэтому сейчас независимые АЗС работают либо на грани рентабельности, либо вообще в убыток. Конкурировать с ВИНКами им не под силу, остается держать цены относительно низкими, чтобы не отпугнуть автомобилистов. К тому же, если задерешь цену, могут возникнуть вопросы у Федеральной антимонопольной службы. Плюс в Крыму и не только в нем из-за ударов беспилотников по топливным базам усложнилась логистика, в этом плане местные власти нисколько не лукавят. Чтобы своевременно доставлять топливо на АЗС, минуя топливную базу, нужно гораздо больше автоцистерн, а их нет.
— И что дальше? Какой выход?
— В сентябре-октябре, когда пик автомобильного сезона будет позади, люди вернутся из поездок домой и появятся существенные излишки топлива, потребление бензина уменьшится. В случае насыщения оптового рынка пойдут вниз и биржевые котировки. К сожалению, в рознице такой коррекции не произойдет, поскольку там цены формируются по-другому.