В хранилищах остается 25 млн тонн зерна, которые могут пропасть Поделиться
У отечественных хлеборобов свой календарь: у них сельскохозяйственный год начинает с 1 июля 2022-го по 30 июня нынешнего, когда собранный урожай продан или расписан по контрактам. Ну, так вот, по данным «Русагротранса», в сезоне 2022/23 экспорт российских зерновых достигнет почти 60 миллионов тонн, а если точнее, то 59,3. Это рекорд: таких объемов экспорта Россия еще не знала.
Вдвойне удивительно, что установлен он на фоне бесконечных санкций, нескончаемых логистических и финансовых проблем, скандалов с Зерновой сделкой…
Неожиданность, скорее, приятная. Ведь весь сезон после уборки рекордного в минувшем году урожая зерновых (150 миллионов тонн) российский экспорт висел на волоске. Нашим судам с пшеницей запрещалось заходить в иностранные порты, чинились всякие препятствия в страховании груза и фрахте судов, возникли сложности с международными платежами…
Это были конкретные барьеры, которые государства G7 и ЕС ввели против России после начала СВО. И, хотя экспорт продовольствия формально не попадает ни под какие международные санкции и ограничения, коллективный Запад всячески мешал попаданию российской пшеницы в основные страны-покупательницы нашего урожая.
В июле-августе прошлого года экспорт просел на 27% — при действующей зерновой сделке, которая должна была содействовать в вывозе российского урожая. Тем не менее, как показывают данные, мы сумели побить в итоге рекорд по зерновому экспорту, в том числе поставить на мировые рынки 48,2 миллиона тонн пшеницы, в предыдущем сезоне этот показатель был около 33 миллионов тонн.
Что предопределило этот успех? Как нам рассказали в Зерновом союзе России, в завершающемся сельхозсезоне, который пошел под жесткими санкциями, наши поставщики аграрной продукции многому научились. В частности, для транспортировки грузов из России «мобилизовали» маленькие порты и малотоннажные суда класса река-море. Особенно это касается поволжских регионов. Они оказали большое подспорье, там объемы погрузки зерновых увеличились в 2-3 раза.
Но остается вопрос, который сегодня терзает аграриев. Несмотря на успехи в экспорте, в отечественных хранилищах остается около 25 миллионов тонн зерновых, в том числе 17 миллионов пшеницы. Как быть с ними, сумеем ли мы их переработать на внутреннем рынке?
Если бы в России было большое поголовье крупного рогатого скота, зерно можно было бы пустить на откорм бычков. Но поголовье КРС снижается и уж точно, буренки и свиньи с такими объемами не справятся.
— Прошлогодний рекорд валового сбора зерновых – 150 миллионов тонн — объясняется хорошей погодой, — говорит доктор экономических наук, главный научный сотрудник Центра агропродовольственной политики РАНХиГС Василий Узун, — Нам сильно повезло буквально во всех зерновых регионах, ведь обычно собираем 125-130 миллионов тонн.
Что касается объемов экспортных поставок, то это заслуга отечественного бизнеса, который научился работать в экстремальных условиях, с ограничениями и под санкциями.
— У нас остается рекордный переходной запас зерновых, примерно 25 миллионов тонн. Что будет с этим объемом, он испортится?
— Проблемы с остатком, конечно, существуют, хотя ситуация с вывозом зерна нормализовалась, вывозимые объемы в месяц примерно такие же, как год назад. С сохранностью урожая вопрос постепенно решается. Раньше излишки просто оставлялись на току в хозяйстве, их заливало дождем и засыпало снегом, весной такое зерно даже на корм скоту нельзя было использовать. Сейчас появились новые технологии хранения. Если не хватает складских помещений, пшеницу засыпают в специальные полиэтиленовые рукава, в них, без потери качества, она способно пролежать еще год.
Другое дело, что мы поставляем на мировой рынок, как правило, сырое зерно. Сейчас следует думать о том, чтобы перерабатывать урожай в муку и в другие продукты. Как, например, поступает Италия. Она не продает свою пшеницу, а изготавливает из нее макароны и вермишель. А уже их – совсем по другим ценам — экспортирует по всему миру. У нас такой процесс тоже намечается, но мы в начале пути.
— В прошлом году мировой урожай хлеба был очень высоким. Как нам удалось найти свою нишу и стать главным зерновым экспортером?
— Как я уже сказал, это во многом заслуга нашего бизнеса, который сумел выработать приемлемые для производителя и покупателя цены. Конечно, за счет установленных скидок на зерновые (результат санкций) в выручке мы немного теряли. Но в конечном итоге остались в плюсе благодаря высокому товарообороту. Россия может себе позволить такую роскошь — демпинговать цены за счет рекордного урожая. Ведущие транснациональные зерновые компании, которые владеют мировым рынком, всегда продадут дешевое российское зерно. Здесь можно не сомневаться.