Мнение События в Казахстане подтвердили правоту Путина В стране не может быть двоецентрия и двоевластия Михаил Щипанов
История полна парадоксов. Немногие ныне вспомнят, что антисоветское, а по сути антирусское выступление в декабре 1986 года в Алма-Ате сыграло значительную роль в политической карьере Нурсултана Назарбаева. Тогда спровоцированный партийными кланами массовый уличный протест против назначения русского Геннадия Колбина на пост первого секретаря ЦК Компартии Казахстана привёл к переделу власти в республике и обеспечил молодому и мало кому известному тогда Назарбаеву выдвижение на должность премьера.
И вот спустя 35 лет опять-таки уличный бунт, бессмысленный и беспощадный, фактически ставит точку в его длинной и, казалось бы, блестящей карьере. Как сказал бы Шекспир, судьбы свершился поворот. Уже очевидно, что ветеран отстранён от остатков влияния на принятие кардинальных государственных решений. Они концентрировались в его руках и после осуществления казахстанского транзита власти, который многие аналитики ставили в пример и предлагали в качестве базы для других стран с авторитарной системой правления.
Помните, сколько было разговоров о том, что, дескать, и у нас надо пойти по такому же пути. Поднять статус, например, Госсовета, глава которого мог бы также влиять на государственную политику. Имелось в виду, что Владимир Путин на таком посту сохранил бы за собой статус лидера нации и при новом президенте.
И как отреагировал на такие оригинальные идеи сам Владимир Владимирович? А очень просто. Жёстко дал понять, что не допустит появления в стране двоевластия, ведущего фактически к расколу в среде элит, которые начинают метаться в надежде выбрать более сильного покровителя. А заодно такая ситуация усиливает соблазн вмешательства во внутренние дела страны со стороны иностранных центров силы.
Вот и казахстанская обновлённая модель власти выявила роковые для страны недостатки. Прежде всего, она не решила до конца вопрос обновления даже визуального образа верховной власти. А потому одним из первых политических лозунгов погромщиков был «Старик, уходи!». То есть недовольная толпа по-прежнему ассоциировала власть с Назарбаевым, культ личности которого продолжал раздражать многих. И кадры со свержением установленного ему при жизни памятника стали во многом символичными.
Поэтому президент Касым-Жомарт Токаев первым делом перед лицом массовых выступлений объявил, что становится главой республиканского Совбеза, который оставался в руках Назарбаева, как, впрочем, и руководство силовиками, и правящая партия. Формально Токаев не мог сам себя назначить на этот пост. Но, как говорится, чрезвычайная ситуация заставляет действовать без оглядки на многие формальности. К тому же двоевластие пагубно отразилось на техническом, а главное — моральном состоянии силовиков, продемонстрировавших свою неэффективность. В отличие не только от белорусских, но и «демократических» грузинских коллег, которые оказывались на высоте положения.
Повторимся, бунт подводит итоги политической жизни Назарбаева, старого, страдающего, как утверждают, от онкологии. И теперь он может под благовидным предлогом необходимого лечения покинуть страну вместе с видными членами своего семейно-политического клана. Другой вопрос в том, станет ли сам Токаев главным бенефициаром постигшей страну беды.