«Бизнесу нужно на постоянной основе иметь за границей доллары и евро» Поделиться
Актуальная задача насыщения российской экономики иностранной валютой обретает все новые потенциальные сценарии. Причем речь идет скорее о долларах и евро, нежели о «дружественных», но малоликвидных индийских рупиях или дирхамах ОАЭ. Минфин предлагает ввести репатриацию (обязательный возврат в РФ) валютной выручки экспортеров, сообщил директор департамента финансовой политики ведомства Иван Чебесков.
По словам чиновника, можно обсуждать разные варианты, «процентовки» и денежные единицы, в которых такой механизм следует установить. Таким образом, проект пока находится в зачаточном состоянии, и неизвестно, будет ли он в итоге воплощен в нечто конкретное и работающее. Высока вероятность, что дальше слов дело не двинется. Напомним, власти вернулись к обсуждению мер валютного регулирования месяц назад, когда курс доллара в моменте превысил 100 рублей, и ЦБ внепланово повысил ключевую ставку сразу до 12%. Среди возможных вариантов стабилизации ситуации на валютном рынке тогда назывались обязательная продажа валютной выручки экспортеров внутри РФ и запрет на выплату дивидендов за рубеж. Сейчас озвучено новое предложение.
С инициативой Минфина отчасти пересекаются факты, изложенные агентством Bloomberg. По его данным, российские миллиардеры в последнее время активизировали репатриацию своих капиталов из Европы в Россию и «дружественные» страны. В частности, речь идет о недавно состоявшемся переезде в РФ с Кипра компаний United Medical Group CY Plc и MD Medical Group Investments Plc, которые контролируют бизнесмены Игорь Шилов и Марк Курцер. Это увеличило общую стоимость возвращенных в страну после февраля 2022 года активов как минимум до $50 млрд, подсчитал Bloomberg. Тренд противоречит годами сложившейся практике отечественных олигархов держать свои средства в Европе, где прежде можно было получать дивиденды в твердой валюте и платить низкие налоги. Теперь для богатейших людей России эти преимущества сведены, по сути, к нулю из-за жестких санкционных ограничений со стороны США, Великобритании и ЕС. Например, приостановка соглашения об избежании двойного налогообложения делает нецелесообразным сохранение бизнеса в Европе.
«Но главная причина не в этом, а в угрозе заморозки зарубежных активов, — отмечает финансовый аналитик, кандидат экономических наук Михаил Беляев. – Лишить наших бизнесменов права собственности Запад не в состоянии, а вот заблокировать их средства – вполне. Значит, надо эти деньги как-то вызволять из неблагоприятной среды. Что касается инициативы Минфина, цель очевидна – привлечь валюту в Россию, увеличить спрос на рубль и тем самым снять с него текущее конъюнктурное давление. Эффект в данном случае может быть только краткосрочным: курсовую динамику это не выправит, поскольку она обусловлена фундаментальными, кроющимися в глубинах экономики факторами. Такими, например, как очевидный крен во внешней торговле в сторону импорта».
Вместе с тем, рассуждает Беляев, идея финансового ведомства вступает в известное противоречие с интересами и потребностями экспортеров. Последним, чтобы вести деятельность за рубежом, осуществлять торговые операции, покупать и продавать товар, необходимо там иметь на постоянной основе средства, номинированные в валюте. Обязательная репатриация валютной выручки обернется для экспортеров серьезной головной болью: нужно будет переводить эти деньги в рубли (которые постоянно обесцениваются), а потом думать, как на рубли что-то купить у иностранных партнеров. Любая конвертация влечет за собой валютные риски и издержки. Тем же Индии и Китаю нужны доллары и евро в первую очередь».
«Безусловно, у этого есть некие общие моменты с трендом, о котором пишет Bloomberg, — отмечает Беляев. – Но если Минфин намерен напрямую воздействовать на курс рубля, то в случае с репатриацией капиталов из Европы можно говорить лишь о косвенном, побочном и отложенном эффекте. Кстати, весьма позитивном. Возвращаясь в страну, эти деньги оседают на счетах в определенных банках. А те, в свою очередь, укрепляют свою ресурсную базу и финансовый сектор в целом, получая в дальнейшем возможность более активно кредитовать промышленность».